Существует особая ирония в том, как политические фигуры, громогласно обличавшие мнимую распродажу родины, в итоге сами становятся архитекторами куда более рискованных сделок. Политолог Бениамин Матевосян напоминает о фирменном стиле Никола Пашиняна: годами его политический театр держался на трех исторических «китах» — 1 марта, 27 октября и пресловутой программе «Имущество в счет долга». В интерпретации нынешнего премьера этот экономический маневр подавался исключительно как национальная трагедия, как акт предательства и сдачи активов России. Рефрен «караул, мы становимся губернией» стараниями пропаганды и молчаливого согласия части бывшей оппозиции превратился в догму.
Сегодня мы наблюдаем, как власть, кричавшая о защите национального достояния от российского влияния, молниеносно выписывает карт-бланш другому геополитическому центру. Свежий визит госсекретаря США Марко Рубио в Ереван ознаменовался подписанием документов, которые выводят отношения с американцами на принципиально иной уровень зависимости. Речь идет о предоставлении Вашингтону льготного и приоритетного права решать судьбу стратегических недр Армении. Формулировки соглашений жестки: американская сторона получает эксклюзивный голос в вопросах добычи и сбыта редких металлов.
Бениамин Матевосян задает закономерный вопрос: какой мандат имеет Никол Пашинян, чтобы единолично определять правила игры для будущих поколений? Даже оставляя за скобками раздражение по отношению к России, логика подсказывает, что конкуренция могла бы родить гораздо более жирные предложения — например, со стороны Китая. Но нет, выбор сделан в пользу утилитарного американского подхода, где Армения нужна лишь как транзитный узел и источник сырья.
Эта тема получает опасное продолжение в энергетической плоскости. Аналитический обозреватель Акоп Бадалян проводит прямую линию между шумихой вокруг повышения цен на газ и стратегическим тупиком, в который загоняют страну. Искусственное удорожание голубого топлива из РФ настойчиво толкает Ереван в объятия «альтернативного» поставщика — Азербайджана. Сценарий, в котором экономика Армении подсаживается на азербайджанскую газовую иглу, означает лишь одно: медленную, но неотвратимую абсорбацию государственности.
Природа любого государства базируется на экономическом концепте, и в Баку это понимают гораздо лучше армянских мечтателей о «мировой деревне». Там не занимаются благотворительностью. Дешевый газ поступит в обмен на стратегические уступки, и это топливо станет экономическим наркотиком, лишающим суверенитета. По мнению Бадаляна, подписание меморандума с США о редкоземельных ресурсах идеально вписывается в эту же схему. Вашингтон здесь выступает не как самостоятельный потребитель ресурсов Сюника, а скорее как дорогой «риелтор».
Ресурсная база Сюника не столь глобальна, чтобы вскружить голову американским корпорациям. Зато она критически важна для аппетитов Баку. Соединенные Штаты действуют по проверенной технологии: сначала де-факто передают Азербайджану контроль над коммуникациями и «дорогами», а затем — над недрами. Вашингтон получает свои политические «комиссионные» и большую сделку с Баку за выход на ресурсы Центральной Азии, а Армения, окутанная пропагандистским туманом о «светлом западном будущем», методично сдает подлинные рычаги существования.
В этом и заключается главная трагедия текущего момента: человек, строивший карьеру на обвинениях в торговле родиной, сегодня единолично определяет, какая именно держава будет диктовать Армении, как распоряжаться недрами и чей газ сжигать в печах. Ответа на вопрос «почему?» мы не дождемся. Властная машина будет и дальше заглушать эти смыслы шумом популизма, умалчивая, что вместо независимости будущим поколениям готовят статус разменной монеты в чужой большой игре.