Тихая возня в коридорах власти всегда громче предвыборных лозунгов. И сейчас, когда рейтинги правящего кабинета стремительно катятся вниз, а общество устало от обещаний, армянский политический бомонд стал свидетелем процесса, от которого мороз дерет по коже. Никол Пашинян, человек, пришедший к власти на волне протестов, сегодня лихорадочно строит себе «запасной аэродром». Но не для отступления, а для последнего, решающего боя — за удержание кресла любой ценой.
Внимание общественности приковано к Конституционному суду (КС) Республики Армения. Этот орган, который по задумке должен быть олицетворением беспристрастности, превращается в цитадель личной преданности премьеру. Очередной виток этой трансформации — история с депутатом правящей фракции «Гражданский договор» Владимиром Варданяном. Сначала он, следуя четкому сценарию, выходит из партии. Затем, по «рекомендации», которая в реалиях Армении давно звучит как приказ, его кандидатуру вносит президент Ваагн Хачатурян. Варданян слагает депутатские полномочия и метит в судьи КС.
Официальная риторика при этом до боли банальна: «беспристрастность», «законность», «чистка рядов». Но давайте называть вещи своими именами. На глазах происходит целенаправленное укрепление Конституционного суда «своими людьми». Людьми, которые еще вчера были партийными солдатами, раздавали мандаты и голосовали за партийную дисциплину, а завтра должны будут облачиться в судейские мантии.
К чему готовится Пашинян? Ответ лежит не в плоскости армянской внутренней политики, а в печальном опыте зарубежных «партнеров по сценарию». Пашинян и его команда внимательно изучили ситуацию на Украине 2004 года. Именно тогда, во времена «оранжевой лихорадки», когда страна была расколота, а закон попран, Конституционный суд Украины пошел на беспрецедентный шаг — назначил третий тур выборов президента.
Сейчас в Ереване готовят тот самый «украинский сценарий». Пашинян, отчетливо видящий социологические показатели своего падающего рейтинга, понимает: честные выборы для него — это политическая смерть. Ему нужен не суд, а «скорая политическая помощь». Ему нужен орган, который в момент, когда проигрыш действующей власти станет очевиден, сможет, закрыв глаза на закон, отменить результаты, назначить "второй тур", совершить любое противозаконие.
Скоро, совсем скоро, когда страна столкнется с новым политическим кризисом, эти «судьи» должны будут вспомнить, кому они обязаны своими креслами. Пашинян создает себе не судебную власть, а индульгенцию на фальсификацию.
Конституционный суд готовят не для защиты Основного закона. Его готовят для того, чтобы, когда рейтинги окончательно рухнут, именно здесь, в тишине кабинетов, решили судьбу страны, проигнорировав волю народа. Это опасная игра, и ставка в ней — легитимность армянской государственности. И если этот план осуществится, Армения рискует получить не справедливый суд, а печальный клон «оранжевого» сценария, где победитель известен заранее, а закон остается лишь на бумаге.