За чей счёт медстрах? Новая система Армении — социальная защита или скрытый налог?

Парламент Армении окончательно утвердил закон о введении Всеобщего медицинского страхования (ВМС), которое начнёт поэтапно действовать с 1 января 2026 года. Реформа, названная правительством исторической, предполагает охват всего населения к 2028 году и введение обязательных страховых взносов для работающих граждан. Однако, как пишут в СМИ, эксперты подвергают проект резкой критике, называя его непроработанным, поспешным и таящим серьёзные риски для системы здравоохранения страны.

Депутаты от оппозиции заявили, что власти пытаются протолкнуть реформу в предвыборных целях, не подготовив её финансово и организационно: проект внесён поспешно, «в предвыборной логике», и лишён ключевых обоснований.

Сохраняется «тотальная неопределенность» — неясен точный перечень медицинских услуг, которые получит гражданин за ежегодный взнос в 129 600 драмов ($335). Например, депутат Анна Григорян заявила, что выделенной суммы может не хватить даже на качественное эндопротезирование.

Реформа приведёт к формированию единого государственного страховщика, что, по мнению критиков, может подорвать рынок частного страхования и привести к росту цен на его услуги. Они выступали за гибридную модель. Медицинские учреждения, особенно первичного звена, не готовы к резкому наплыву пациентов, а создаваемый Страховой фонд для управления миллиардными средствами (225 млрд драмов) не имеет пока ни структуры, ни штата, ни регламентов.

Критике подверглась не только концепция, но и практические аспекты реализации. Академик РАН Геннадий Онищенко, комментируя армянскую реформу, предупредил о главной проблеме — дефиците управленческих кадров, способных администрировать сложную страховую модель. Он отметил, что ОМС требует перевода каждой медицинской манипуляции в денежный эквивалент по новым стандартам, чего раньше не было. Даже резкое увеличение финансирования не даст эффекта, если система не готова его «переварить». Онищенко также предостерег от слепого копирования чрезмерно коммерциализированных моделей, где медицина превращается в бизнес.

Независимый депутат Овик Агазарян выразил сомнение в реалистичности расчётов и предположил, что выделенных средств хватит лишь до весны 2026 года, после чего потребуются дополнительные вливания в размере около 200 млрд драмов.

Таким образом, закон о ВМС, несмотря на его утверждение, вступает в силу в условиях жёсткой полемики. С одной стороны, это амбициозная попытка построить социальную защиту в здравоохранении. С другой — критики считают её сырым, политически мотивированным проектом, который может столкнуться с катастрофической нехваткой управленцев, организационной неразберихой и финансовым дефицитом уже в первые месяцы работы.