Если честно, мы довольно странные моногамные.

Тут на днях осознали, что мы на седьмом месте по моногамности среди млекопитающих. Нас уделали калифорнийская оленья мышь, бобр и пескорой, например. Они более моногамные, чем мы.

Считали не «‎кто с кем спал»‎, а от «‎кого дети»‎ — то есть именно репродуктивную моногамию. Чем больше детей с одинаковым сочетанием родителей, тем моногамнее вид. Сводные по отцу или по матери — портят статистику.

Так вот, у человека в среднем 66% полных братьев и сестёр, когда отец и мать для родственных детей совпадают. Остальные сводные.

Но не расстраивайтесь! У шимпанзе вон вообще 4%, они не парятся. Ну и, в целом, для людей, с учётом нашей кооперативности, процент неплохой.

Часто в природе «‎моногамные»‎ — это когда вы живёте со своей волчицей на общей территории, как два интроверта, и никого туда не пускаете. Внутри мало соблазнов, драк за любовь и вот этой всей романтической кровавой драмы.

А люди живут в мире сексуального изобилия и при этом всё равно часто умудряются быть преданными одному партнёру. И моногамия — наоборот — работает во благо этой большой общаги. Эволюционно, чем стабильнее пара, тем лучше уход за детьми, семейные связи и общество, в целом.

То есть от шимпанзе, павианов, горилл, овец и других товарищей из низа рейтинга нас отличает возможность жить в этой общаге и сохранять свои 66%. Ну или умение предохраняться.

--
Зверские рассказы
Бобр — самый завидный жених в мире животных. Верный и всегда с хатой.