В начале о своих прогнозах журналу Эксперт в начале года #сми
В 2026 г. останутся вопросы с этого года: какой курс рубля нужен экономике/бюджету и, что важнее для инфляции, принять дефицит бюджета как есть или стремиться его уменьшить за счет повышения налогов.
Курс рубля может остаться относительно стабильным, если не будут приняты решения, специально ослабляющие его.
Оставим вопрос, почему Правительство решило поменять цену отсечения в БП, когда курс относительно стабильный почти год и нет видимых рисков, кроме выдуманных (как дефицит бюджета или исчерпание ФНБ).
Дальше мои предложения, раз решение объявлено и обратного пути нет. Хотя лучше пока ничего не делать, а к изменению БП подойти более основательно.
💡Бюджетное правило как якорь всей макроэкономической политики необходимо трансформировать в более широкую тему управления всеми государственными финансами. Сейчас БП касается узкоспециальной темы сокращающейся части экономики и бюджета. Что такое 9 трлн руб. базовых нефтегазовых доходов? Это лишь 4% ВВП и 10% расходов консолидированного бюджета.
В БП следовало бы увязать три вещи:
1️⃣ Ограничение расходов бюджета. Уже реализовано в части нефтегазовых доходов, но есть большой пласт других нестабильных элементов бюджета, зависимых от делового цикла и ключевой ставки. Так, часть финансовых расходов, связанная с льготным кредитованием, уменьшает другие расходы при росте КС, а другая, связанная с процентами по госдолгу, финансируется автоматически из дополнительного дефицита. Нужно договориться, чтобы не считать проинфляционными финансовые расходы из-за высокой КС.
Сейчас ограничение расходов реализовано через структурный дефицит федерального бюджета. К нему можно подходить творчески - часть из ФНБ, часть из других бюджетов или льготных кредитов. В идеале темп роста расходов за вычетом финансовых не должен превышать целевой рост экономики с учетом инфляции.
Если не менять подход, то можно определить целевой дефицит всего госбюджета с ФНБ и регионами. Я бы его установил 2% ВВП за вычетом финансовых расходов.
2️⃣ Влияние на валютный рынок. Уже реализовано, но слишком механистично и независимо от ситуации на рынке. Накопление средств в ФНБ на сумму ~13 трлн руб. с 2018 по факту ушло в акции Сбера и разные инвестпроекты, то есть обратно в экономику. Не все зеркалировано продажами валюты, что вызывало избыточную волатильность на рынке в прошлом. Спрашивается, в чем эффект этого кругооборота валюты и рублей для валютного рынка?
Предложение формировать ФНБ из микса разных активов с определенной целевой структурой: юани, золото, рубли в банках и ОФЗ, неликвидные инвестиции. Что покупать или продавать в моменте могут решать в Банке России и/или нанятые профессиональные управляющие. Цели для управляющих должны подразумевать ограничение колебаний на валютном рынке и рынке длинных ОФЗ (п.3)
ФНБ можно разово пополнить из золотовалютных резервов Банка России на ~$100 млрд. Вопросы с исчерпанием ФНБ будут сняты. ЗВР сейчас избыточны: $400 млрд в золоте, до $100 млрд в юанях, до $60 млрд наличных USD.
3️⃣ Влияние на рынок и стоимость госдолга. Мы одновременно размещаем 10-15 трлн средств бюджета под 16% в банки и пытаемся разместить 3-5 трлн в год длинных ОФЗ под фикс 15% на 10+ лет при инфляции, близкой к 4%. Дисбаланс спроса и предложения на таком горизонте приводит к ускоренному накоплению госдолга и будущих процентных расходов. ФНБ частично в ОФЗ может быть якорным покупателем на рынке и формировать кривую госдолга с учетом прогнозов по инфляции и премии за временной риск.
🔔 Поучаствую и попытаюсь задать вопросы по БП Владимиру Колычеву:
«Эксперт.Медиа» запускает первый сезон закрытых встреч представителей власти, бизнеса и аналитического сообщества.
Первая встреча пройдет 18 марта в Москве. Гость — Владимир Колычев, заместитель министра финансов. В фокусе главное: какие приоритеты заложены в бюджетную политику на ближайшие годы — и что это означает на практике для бизнеса и экономики.
Подробности — по ссылке.
📍18 марта, 17:00
Москва, Городские лаборатории ВЭБ.РФ
@truevalue
