Сквозь грани и гуарани

🇵🇾🍲 Вори вори — лучшее блюдо планеты

Taste Atlas объявил парагвайский Вори-вори лучшим блюдом мира 2025/26 года. Почти полмиллиона оценок от реальных едоков, средний балл — 4,64 из 5. Позади — неаполитанская пицца, паста с белым трюфелем и барбекю из Техаса.

Для страны с населением 7 миллионов человек и практически нулевым присутствием в мировом гастрономическом дискурсе — результат неожиданный, хоть и не новый.

Вори вори — просто суп. Плотные шарики из кукурузной муки и сыра, сваренные в курином бульоне с овощами и зеленью. Рецепт уходит корнями в кухню гуарани, где тесто из маиса лепили вручную — не из любви к форме, а чтобы скудные ингредиенты были сытнее. Техника выживания со временем стала национальным блюдом, а затем — неожиданно — международным феноменом.

Вори вори удерживает первое место уже второй год подряд. Парадокс в том, что сам Парагвай в рейтинге лучших кухонь мира занимает лишь 83-е место.

Отдельное блюдо обходит национальную кухню в целом — и это довольно точная метафора того, как страна существует в международном восприятии: точечно, эпизодически и, как правило, вопреки общему контексту даже родного региона.

🌎 Всемирный банк: Латинская Америка тормозит — Парагвай разгоняется

Всемирный банк опубликовал доклад «Переосмысляя промышленную политику» с финальными прогнозами роста для Латинской Америки и Карибского бассейна. Вердикт привычный, но от этого не менее болезненный: регион вырастет лишь на 2.1% в 2026 году — ниже 2.4%, зафиксированных в 2025-м.

Такой прогноз объясняется сложной макроэкономической средой: высокая стоимость кредитов, слабый внешний спрос и инфляционное давление из-за геополитической нестабильности. Все это тормозит частные инвестиции и создание рабочих мест. В основе — все тот же диагноз, которому уже не один десяток лет: низкая производительность, дефицит инвестиций и государства, которые много тратят, но мало вкладывают.

Карта победителей и проигравших

Лидеры роста в 2026 году: Гайана (16.3%), Парагвай (4.4%), Суринам (4%), Панама (3.9%) и Гватемала (3.7%). На другом полюсе — Боливия с падением на 3.2%, Ямайка на 1.0% и Мексика с ростом всего в 1.3%. Среди крупных экономик: Бразилия вырастет на 1.6%, Аргентина — на 3.6%, Колумбия — на 2,2%.

Парагвай идет наперекос тренду

Всемирный банк выделил Парагвай как один из главных очагов роста в Южном конусе. Главный экономист по региону Уильям Малони сказал следующее:

Парагвай провел очень хороший год с ростом 6,6%, теперь ожидаем 4,4%. Бедность существенно сократилась. Они на правильном пути.

С прогнозами 4.4% на 2026 год и 4.2% на 2027-й Парагвай не просто опережает соседей — он вырывается вперед с заметным отрывом. Для сравнения: Аргентина — 4.0%, Колумбия — 2.6%, Перу — 2.5%, Чили — 2.2%, Бразилия — 2.0%.

Что можно из этого вынести

Цифры Всемирного банка подтверждают то, что должно было бы беспокоить многие правительства региона: часто корреляции между размером государства и темпами роста нет. Парагвай — с одним из самых компактных государственных аппаратов и одним из самых низких уровней налоговой нагрузки в Южной Америке — растет вдвое быстрее больших соседей. Доклад также читается как косвенная оценка Аргентины: курс Хавьера Милея работает достаточно хорошо, чтобы Всемирный банк назвал ее «положительным исключением».

Лично я в который раз задаюсь вопросом, на который мало кто может ответить прямо: если модель с низкими госрасходами, четкими бюджетными правилами и ставкой на частные инвестиции работает в Парагвае уже десятилетие — что мешает другим странам следовать ей же?

🇦🇷 Буэнос-Айрес отказывается от прямых соцвыплат: почему это правильно?

Столица Аргентины совершила то, о чем многие говорили десятилетиями, но никто не решался сделать: правительство города официально отменило традиционные социальные планы и заменило их программой профессиональной подготовки и трудоустройства. Декрет подписал мэр Хорхе Макри.

Суть реформы проста: деньги больше не раздаются просто так. Помощь носит временный характер — максимум 12 месяцев — и является переходным мостом к полноценной занятости в частном секторе. Обязательное условие для получения поддержки — участие в программах профессионального обучения.

Важность решения

Двадцать лет прямых выплат не дали результата. Деньги уходили — бедность оставалась. Но дело не только в эффективности. В ходе аудита было выявлено и исключено 1 274 фиктивных получателя. Система обходилась бюджету в 10 миллиардов песо в год и включала 85 соглашений с организациями-посредниками — все они теперь аннулированы.

Организации, которые годами «управляли бедностью», получая финансирование от государства и распределяя его по своему усмотрению — нередко в обмен на политическую лояльность. Теперь, кажется, людям возвращают достоинство, которого они были лишены, годами получая деньги лишь за то, чтобы выходить на марши без какого-либо горизонта развития.

Что дальше?

Программа охватывает около 5 000 человек. К ней подключены крупные работодатели — Hilton, Farmacity, Limpiolux и другие компании из сферы услуг, здравоохранения и гостиничного бизнеса, а также торговые палаты и университеты. Речь о реальных местах в отраслях, где рабочих рук не хватает.

Роль реформ Милея

Эта реформа не возникла просто так. Она стала логичным продолжением той идеологической революции, которую Хавьер Милей запустил на федеральном уровне с момента прихода к власти. Он последовательно демонтировал раздутый социальный аппарат государства: сократил министерства, урезал субсидии, атаковал саму модель патерналистского государства, которое держит граждан в зависимости вместо того, чтобы давать им инструменты для самостоятельной жизни.

Буэнос-Айрес сделал следующий шаг — уже на городском уровне, и это должно повлиять на всю страну к лучшему. Когда центр задает новую рамку — что государство должно не кормить, а обучать и открывать возможности — регионы начинают действовать в той же логике.

Почему это правильное решение

Прямые выплаты без условий создают ловушку бедности: человек получает ровно столько, чтобы не умереть, но недостаточно, чтобы изменить жизнь. При этом стимула выходить на рынок труда нет — любой заработок грозит потерей пособия.

Новая модель разрывает этот порочный круг. Государство вкладывается не в поддержание статус-кво, а в навыки и трудоустройство. Помощь становится временной и целевой — именно такой, какой она и должна быть.

Как сказал Макри: «Единственный выход из бедности — работа».

🇵🇾🥯 Чипа: как парагвайская выпечка каждый год собирает страну за одним столом

В Парагвае есть день, когда воздух пахнет одинаково по всей стране — Страстная среда. В этом году она пришлась на 1-е апреля.

С раннего утра из дворов, летних кухонь и глиняных печей начинает тянуть чем-то теплым, чуть сырным, с легкой ноткой аниса. Это пекут чипу — и это, пожалуй, самый парагвайский ритуал из всех возможных.

Все по домам

На Страстной неделе Парагвай меняется. Тысячи людей срываются с места, загружают семьи в машины и автобусы и едут в глубинку, к бабушкам, тетям, родителям. Дороги забиты. Религия тут, конечно, играет роль, но по-настоящему все едут за другим. И за чипой.

Чипа — это традиционные парагвайские лепешечки из крахмала маниоки. Их едят круглый год, но в Страстную среду они превращаются в нечто большее. Это как оливье в новогоднюю ночь — можно, конечно, и в июне сделать, но зачем?

Эта штука настолько важна, что в 2015 году Парагвай официально признал традиционные техники приготовления чипы частью нематериального культурного наследия страны.

Каков процесс

Готовиться начинают за несколько дней. На рынках скупают крахмал маниоки, парагвайский сыр, яйца, молоко и анис. Да, сегодня можно купить готовое тесто и просто кинуть в духовку. Но для парагвайца в этот день это почти оскорбление. Суть — в процессе. Бабушки, мамы и тети берут дело в свои руки, а рецепт у них всегда один: никакого рецепта. Все на глаз, на ощупь, на память.

Годы практики делают магию, и из теста появляются кольца, змейки, птички, даже капибары. Каждая фигурка — авторская. Где-то тут и рождается то самое, ради чего все ехали через полстраны.

Татакуа

Слепленные чипы выкладывают на банановые листья или противни и отправляют в печь. В городе — в обычную духовку. В деревне — в татакуа: глиняную печь, сложенную по старинке, на дровах. Снаружи чипа покрывается золотистой корочкой, внутри остается мягкой. Минут двадцать-тридцать — аромат разносится уже не по дому, а по всей улице. В курсе все соседи.

Дальше — больше

Чипу едят не только в среду. Она остается на столе до конца недели — на завтрак, на полдник, как перекус, а в Страстную пятницу нередко вообще единственное, что на столе можно найти. Такой вот парагвайский пост.

К вечеру среды весь местный интернет выглядит одинаково: золотистые кольца, смешные фигурки из теста, фотографии дымящихся татакуа и подписи в духе «как у абуэлы». Классика.

Кстати, домашняя чипа действительно намного вкуснее и лучше, чем та, что продается в магазинах или ларьках. А если уж с сыром, то даже анисовый привкус не смущает.

🇵🇾 Парагвай впервые проводит Expo для владельцев небольших магазинов: это важный сигнал

9 и 10 апреля в Асунсьоне пройдет Expo Almaceneros 2026 — первая выставка такого рода, организованная Ассоциацией розничных торговцев Парагвая (AMP). Формат нетривиальный: никакой торговой ярмарки — только прокачка бизнеса. На два дня соберутся тысячи владельцев небольших магазинов со всей страны, чтобы получить инструменты для реальной конкуренции с супермаркетами и крупными сетями.

Что в программе:

◾️стратегии для малого ретейла от практиков отрасли;
◾️лекции по цифровизации и переходу на безналичную оплату;
◾️поддержка от государства: выступят вице-министр по МСБ и представители Минпромторга;
◾️помощь в легализации и оформлении бизнеса.

Контекст важен: по данным национальной статистики, в Парагвае более 21 000 зарегистрированных небольших магазинов — именно они остаются главным местом покупок для большинства парагвайских семей. И это не какой-то малозначимый сектор, а основа потребительской экономики страны.

Почему это важно

Вновь и вновь Парагвай показывает себя крайне здраво в отношении собственной экономики и бизнеса. Очевидно, что близость к Аргентине и личная дружба Сантьяго Пеньи с Хавьером Милеем дает свои плоды, укрепляя адекватный либерально-экономический вектор.

Сегодня здесь не вводят квоты для «защиты» малого бизнеса и не перекрывают кислород конкурентам административными барьерами — государство приходит на выставку с лекциями и обучением. Это принципиально другой концепт взаимодействия: не опека, а апгрейд.

У Парагвая в регионе особая репутация. Налог в 10% — один из самых низких в мире. Пока соседи по континенту строят все новые регуляторные лабиринты, Асунсьон последовательно держит курс на слабое вмешательство государства в экономику. Не идеально, но либертарианский вайб считывается.

Такие инициативы хорошо вписываются в эту философию: рынок не ограничивают сверху, а укрепляют снизу.

🇪🇸👹 Конкистадор, которого сделали шаманом: как прожить две жизни

Часть I

В Парагвае много удивительных историй. Одна из них — про то, что случается с человеком, когда он слишком долго живет на границе двух миров, переставая понимать, к какому из них принадлежит.

Шестьсот человек уходят — четверо возвращаются

1527 год. Испанец Альвар Нуньес Кабеса де Вака отплывает из Кадиса в Новый Свет в качестве королевского казначея — шестьсот человек, пять кораблей, амбиции до небес. Цель — Флорида. Но уже у берегов Кубы ураган разносит флот. Потом еще один. Командующий Нарваэс решает разделить силы, вопреки возражениям Кабесы де Вака, и уходит вглубь континента. Это решение стоило жизни почти всем.

Наспех сколоченные плоты налетают на мель у берегов нынешнего Техаса. Нарваэс тонет. Из шестисот выживает горстка — потом четверо. Историк Андрес Ресендес в книге A Land So Strange реконструирует эти восемь лет максимально живо и подробно. Так, будто читаешь роман, а не документалистику.

Испанский казначей становится сыном Солнца

Первые годы — плен и рабство. Индейцы берут выживших в плен и используют как носильщиков, заставляют копать коренья, ловить рыбу, собирать древесину. Кабеса де Вака ходит почти голым, постоянно голодает, несколько раз близок к смерти. Ресендес восстанавливает этот период с дотошностью антрополога: он описывает, как выжившие питаются пауками, ящерицами и сырым мясом, как учат языки жестами, как теряют счет времени. Один за другим умирают товарищи, надежды на свет почти не остается.

Но однажды индейцы приносят к Кабесе де Вака больного и требуют его вылечить. Он не знает, что предпринять. Он — казначей, не врач. Решает делать единственное, что умеет: возлагает руки, бормочет молитвы, крестится. Больной встает. С этого момента все меняется.

Слава идет впереди него. Следующие племена встречают четверку уже как знаменитостей — их называют «детьми Солнца» и несут к ним хворых со всей округи. Кабеса де Вака пишет без скромности:

Индейцы приходили со многих мест и говорили, что мы — дети Солнца… Все мы стали знахарями, а я был первым среди нас в смелости и в готовности браться за любое лечение.

Постепенно его методы меняются. Сначала он только молится и крестит. Потом — начинает дуть на больные места, как делают местные целители. Потом пробует шаманские практики и, судя по его же запискам, признает, что они работают. В какой-то момент он перестает разделять — где христианский обряд, а где индейское знахарство. Граница стирается. По мнению Ресендеса, именно здесь, в техасских прериях, рождается феномен curandero — знахаря-посредника между двумя духовными системами, который до сих пор жив на юго-западе США и в Латинской Америке.

Пешком до Парагвая

В 1540 году Кабеса де Вака получает от Карла I назначение губернатором Рио-де-ла-Платы. Награда за то, что вернулся из своих странствий и доложил королю о пережитом. Naufragios y comentarios — первый литературный текст, посвященный Северной Америке, и один из самых странных документов эпохи конкисты: нечто среднее между агиографией, репортажем и дневником человека, которого жизнь основательно покрутила.

В Парагвай он добирается не морем, а пешком — две тысячи километров через джунгли, реки и овраги. По дороге открывает водопад Игуасу — в 1541 году описывает его одним из первых европейцев. Представьте: человек, проведший восемь лет среди индейцев, впервые стоит перед одним из величайших природных чудес планеты и воспринимает это почти буднично. Он уже видал и не такое.

В Асунсьоне его ждет сюрприз: власть уже занята. Некий Доминго Мартинес де Ирала обосновался там крепко и смотрит на нового губернатора без особого восторга.

⛪️ 🇵🇾Гуарани и миссии иезуитов: патернализм как корень проблем современного Парагвая

В истории Парагвая есть феномен, который одновременно выглядит и как социальная утопия, и как сложная машина подчинения. Речь о тридцати миссиях гуарани под управлением иезуитов в регионе Рио-де-ла-Плата. Джулия Сарриал в книге The Guaraní and Their Missions: A Socioeconomic History предлагает посмотреть на них через призму повседневной экономики.

Как все работало

Миссии были не музеями и заповедниками, а работающими поселениями с четкой структурой. Земля, скот и ключевые ресурсы формально принадлежали общине, но управление находилось в руках иезуитов. Гуарани занимались земледелием, животноводством, ремеслами, производством мате и тканей. Часть труда шла на общее хозяйство, часть — на поддержание церковной инфраструктуры и выполнение налоговых обязательств перед короной. Доходы распределялись через общие амбары и фонды помощи: вдовы, сироты, больные не оставались без поддержки, а община накапливала запасы на годы неурожаев.

Снаружи миссии выглядели как альтернатива колониальному аду. По сравнению с энкомьендой здесь было меньше прямого насилия, меньше работорговли, больше защиты от бандейрантов и произвола чиновников. Для многих гуарани это действительно был шанс выжить. Но внутри действовал строгий режим: регламентированный распорядок дня, обязательное посещение богослужений, контроль за передвижением и браками, вертикаль власти, в которой «отец»-иезуит принимал ключевые решения. Экономическая включенность в атлантический мир — через экспорт продукции миссий — сочеталась с политической и культурной незрелостью самих общин: гуарани жили в относительно защищенном пространстве, но почти не имели прав в управлении им.

Когда все рухнуло

В конце XVIII века иезуитов изгнали, и эта тщательно собранная конструкция начала быстро рассыпаться. Без посредников между короной и общинами система налогообложения и управления обрушилась, часть миссий опустела, часть превратилась в обычные деревни, а гуарани снова оказались перед лицом колониального рынка без прежних механизмов защиты.

Сарриал показывает, что упадок был не просто результатом «плохих испанцев», а следствием самой логики модели: общество, привыкшее к внешним управленцам, оказалось не готово взять на себя всю полноту экономической и политической ответственности.

Печальный конец

В этом смысле история миссий — хороший пример того, как работает даже «добрый» патернализм. Иезуиты действительно смягчали насилие колониализма, защищали от рабства и голода, создавали институты взаимопомощи. Но плата за эту заботу оказалась огромной: отказ от автономии и самостоятельного принятия решений. Пока над общинами стоял компетентный опекун, система выглядела гуманной и эффективной. Как только опекун исчез, защищенность обернулась уязвимостью: люди, привыкшие, что за них договариваются, распределяют и планируют, вдруг столкнулись с миром, где это нужно делать самим.

Последствия

В XIX и XX веках Парагвай снова и снова строил отношения между элитами и народом по той же схеме: сильный покровитель, который обещает защиту и минимальный порядок в обмен на лояльность и отказ от участия в управлении. Ожидание, что «кто-то сверху разберется», то и дело витало над Чако и окрестностями. Оно пережило и редукции, и колониальную администрацию, и военные режимы.

Столетия патернализма приучили к мысли, что хорошая жизнь — это прежде всего правильно выбранный опекун, а не выстроенные снизу правила и ответственность.

Современность как дилемма

Сегодня Парагвай часто описывают как одну из лучших для жизни и бизнеса стран региона: низкие налоги, мягкое регулирование, предсказуемая валюта, малое желание государства вмешиваться во все подряд. Отчасти это так и похоже на запоздалую попытку выйти из длинной тени патернализма.

Но до осознанной либертарианской модели здесь еще далеко: страна балансирует между старой привычкой к покровителю и новой реальностью, в которой свобод больше, чем институтов и навыков, чтобы с ними справиться.

🇨🇱 🚧 Чили разворачивает миграционную политику: ставка на жесткий контроль

Новое правительство Чили во главе с Хосе Антонио Кастом объявило о фактической отмене масштабной легализации мигрантов, подготовленной предыдущей администрацией Габриэля Борича. Речь идет о 182 тысячах человек, подавших заявки на получение легального статуса. Это решение — не просто административный шаг, это уже смена политического курса страны.

От интеграции к сдерживанию

Политика Борича строилась вокруг идеи регистрации мигрантов и их постепенной интеграции в экономику. Предполагалось, что легализация позволит снизить уровень теневой занятости и повысить управляемость миграционных потоков. Новое правительство делает противоположный выбор: вместо включения — ограничение, вместо легализации — усиление контроля. Таким образом, Чили переходит от гуманитарного подхода к силовой модели управления миграцией.

Дополнительным сигналом ужесточения стало и недавнее решение властей пересмотреть практику предоставления гражданства по рождению. Речь идет о случаях, когда иностранцы приезжали в Чили специально для рождения ребенка с целью последующего получения гражданства. Власти начали аннулировать или пересматривать такие статусы, что затронуло иностранцев из разных стран, включая граждан России. Это показывает, что курс на пересмотр миграционной политики выходит далеко за рамки текущих потоков и затрагивает уже оформленные правовые статусы.

Аргумент безопасности

Ключевым обоснованием ужесточения политики стала тема преступности. Власти заявляют, что около 6 тысяч из 182 тысяч заявителей уже совершали преступления. Дополнительное давление на повестку оказывает деятельность транснациональных группировок, таких как венесуэльская Tren de Aragua. При этом Чили по-прежнему остается одной из самых безопасных стран региона с уровнем убийств около 5.4 на 100 тысяч человек. Но в политической логике важнее не столько объективные показатели, сколько общественное восприятие угрозы.

«Щит границы» и новая стратегия

Параллельно Каста запускает масштабную программу укрепления границ. Речь идет о строительстве физических барьеров на севере страны, усилении военного присутствия и внедрении технологий наблюдения, включая дроны и сенсоры. Также готовятся законодательные инициативы, направленные на криминализацию нелегального въезда и наказание за содействие мигрантам. Формируется полноценная стратегия «жесткого сдерживания», в которой граница становится ключевым элементом национальной безопасности.

Миграция как политический фактор

В Чили находится около 337 тысяч мигрантов без документов, большинство из которых — выходцы из Венесуэлы. За последние годы миграция превратилась в центральную политическую тему и стала одним из факторов победы Каста. Его риторика напрямую связывает рост преступности с нелегальной миграцией, формируя простой и понятный избирателю нарратив. В этом смысле Чили следует региональному тренду, где вопросы безопасности постепенно вытесняют социально-экономическую повестку.

Риск расширения «серой зоны»

Отказ от легализации создает структурные риски. Значительное число людей остается в стране вне правового поля, что усиливает теневую экономику и делает мигрантов более уязвимыми для эксплуатации и вовлечения в криминальные структуры. Возникает парадоксальная ситуация: меры, направленные на борьбу с нелегальностью, могут способствовать ее углублению.

Региональный контекст

Политика Каста вписывается в более широкий сдвиг в Латинской Америке в сторону ужесточения и усиления роли государства в сфере безопасности. Он стал самым правым лидером Чили со времен Аугусто Пиночета, и его подход может стать ориентиром для других стран региона, сталкивающихся с аналогичными миграционными вызовами.

Что в итоге?

Чили становится одним из ключевых экспериментов в Латинской Америке: страна сознательно отказывается от модели интеграции мигрантов в пользу политики жесткого контроля и ограничения.

В краткосрочной перспективе это может снизить давление на границы и укрепить позиции власти. Думаю, что скоро к этому тренду присмотрятся и другие страны региона

🇵🇾 💵Парагвай в контексте зарплат в Латинской Америке: ставка на устойчивость

Средний уровень минимальной зарплаты в Латинской Америке — около $400. Но за этой цифрой скрывается сильный разброс: от почти $600 в Чили и Уругвае до фактически обесцененных доходов в Венесуэле. На этом фоне Парагвай все чаще выглядит не середняком, а одной из наиболее сбалансированных экономик региона.

Покупательная способность важнее номинала

Главная проблема Латинской Америки — не уровень зарплат, а их реальная ценность. Даже в Аргентине регулярные повышения не успевают за инфляцией, и доходы обесцениваются. В эпоху Хавьера Милея ситуация стала лучше, но до полного восстановления экономики стране еще далеко.

Парагвай в этом смысле выглядит иначе: инфляция здесь остается низкой и контролируемой — около 3–4% в последние годы. Это значит, что даже более скромные номинальные доходы лучше сохраняют свою покупательную способность.

Сильная валюта как фактор стабильности

Отдельно выделяется динамика национальной валюты. Парагвайский гуарани не просто стабилен — он укрепляется.

В 2025 году валюта укрепилась примерно на 16% к доллару, а за последние 12 месяцев — более чем на 18%. Именно укрепление гуарани помогает сдерживать инфляцию и поддерживать внутренние цены. В регионе, где валютные кризисы — регулярное явление, это серьезное конкурентное преимущество.

Не размер, а качество

Опыт региона показывает: размер экономики не гарантирует высокий уровень минимальной зарплаты. Бразилия остается ниже многих стран, тогда как Коста-Рика демонстрирует более высокие показатели.

Парагвай же делает ставку на устойчивую макроэкономику, предсказуемую политику и сильную валюту. Именно это и становится его главным преимуществом: не просто бумажный рост, но реальная устойчивость, которая напрямую влияет на качество жизни.

🇵🇾🌿 Рупаве и Сыпаве: первые люди и их легендарные потомки

Серия текстов о мифологии гуарани.

Миф о начале всего

Задолго до истории, до государств и даже до самого Парагвая, существовал мир гуарани — дикий, полный рек, лесов и тайн. В этом мире первые люди не родились, а были созданы верховным богом Тупа. Ими стали Рупаве и Сыпаве — «Отец» и «Мать народа». Подобно Адаму и Еве, они стали прародителями человечества, источником добродетели и порока.

Сыновья, сформировавшие мир

Первенец Туме Аранду прославился своей мудростью. Его считали пророком и наставником: знания словно следовали за ним. Его слова легли в основу духовной и моральной жизни гуарани.

Марангату, второй сын, стал воплощением щедрости и лидерства. Его дочь Керана позже станет центральной фигурой ключевого мифа гуарани — о рождении семи чудовищ. Несмотря на трагическую судьбу рода, сам Марангату остался символом добродетели.

Младший сын, Джапеуса, напротив, вошел в легенды как обманщик и хитрец. Его поступки привели к трагедии: он случайно отравил свою сестру Ирасему. В отчаянии он утопился, но даже смерть не стала концом — боги превратили его в краба, обреченного вечно двигаться назад.

Дочери: сила, красота и жертва

Среди дочерей легенды особенно ярко рассказывают о Порази, чья храбрость не знала равных. Она пожертвовала собственной жизнью, чтобы победить одного из детей Кераны и спасти свой народ от гибели. Ее история — это история мужества и самоотверженности, передающаяся из поколения в поколение как символ добродетели.

Тупи Намба отличалась огромной физической силой и вышла замуж за Мбаэхори, также известного как Амарасо, брата Парагуа. Гуарани почитают их как предков народа тупи.

Еще одна дочь — Ирасема, или «шепот вод», — обладала мелодичным голосом, который зачаровывал всех, кто его слышал. Она была виртуозом мараки — священной погремушки из тыквы, наполненной камешками, и считалась девственной богиней музыки. Жизнь ее трагически оборвалась, когда она была отравлена тем самым Джапеусой. Это стало первым случаем смерти, свидетелями которой стали племена гуарани.

Услышав о смерти Ирасемы, ее возлюбленный Джахари отправился в долгие странствия из Тувайпы — «первой деревни», известной сегодня как Тавапы. Дойдя до места смерти возлюбленной и исполнив пронзительную песнь скорби, рожденную из глубочайшего отчаяния, он упал и умер.

Гуарасьява, прославившаяся своим мастерством плавания, вышла замуж за Кариве — «Человека моря». Ее история воспевает гармонию с природой и связь с тайнами воды.

Наконец, близнецы Пыта и Мороти рассказывают историю конфликта и примирения. Постоянно ссорясь, они привлекли внимание Иара — бога солнца, который наказал их необычным образом: обрек на вечное объятие, в котором они постепенно превратились в деревья, утратив человеческий облик.

Их легенда служит одновременно предостережением и размышлением о единстве, гордыне и последствиях постоянных конфликтов.

Семья, в которой есть все

Истории детей Рупаве и Сыпаве охватывают весь спектр человеческой природы: мудрость, доброту, коварство, смелость и гордыню. Через них гуарани объясняют мир, природу и самих себя. До сих пор эти истории передаются из уст в уста, многие парагвайцы знают их наизусть, а образы из них широко проникли в повседневность.

Благодаря этому Парагвай — одно из немногих мест на сегодняшний день, где автохтонная мифология является живой культурной единицей.

🇵🇾 Маленькая страна в Южной Америке. Нет?

Многие воспринимают Парагвай как небольшую и малозаметную страну, но на самом деле его размеры сильно недооценивают.

Если наложить контур Парагвая, например, на карту Европы, станет видно, что по площади он больше Германии. Более того, внутри него легко помещаются несколько других европейских стран — Чехия, Австрия, Бельгия и Нидерланды. Также он близок по размеру к Великобритании.

Такие сравнения кажутся неожиданными, потому что наше восприятие географии во многом формируется привычными картами: Европа кажется большой и насыщенной, а страны Южной Америки — далекими и менее понятными по масштабу. На самом деле это очередное когнитивное искажение.

🤔 Друзья, важный вопрос

Контент в этом сообществе всегда был и будет бесплатным — сугубо ради просветительской деятельности, интереса, радости познания и моих попыток создавать что-то нужное.

Но я знаю, что среди вас много тех, кто планирует переезд в Латинскую Америку / Парагвай. В связи с этим спрошу: хотели бы вы получать от меня личные консультации о легализации и жизни в Парагвае? Готовы ли вы за это отдать +- символическую сумму золотых?

Помогаторского контента на канале не будет — максимум один пост. Но мне интересно ваше мнение. ⬇️

🇵🇾📈 Экономика Парагвая в 2025 году: рост и ключевые драйверы

По данным Центрального банка Парагвая, в четвертом квартале 2025 года ВВП страны вырос на 6,2% в годовом выражении. По итогам года экономика прибавила 6,6% — это один из самых высоких темпов роста в регионе. Однако важен не только сам рост, но и его качество. Насколько он устойчив и за счет каких факторов формируется — ключевой вопрос для оценки перспектив.

Главное

Экономический рост был зафиксирован во всех секторах. Наибольший вклад обеспечили услуги и сельское хозяйство, за которыми следуют электроэнергетика, водоснабжение, обрабатывающая промышленность и строительство. Дополнительный вклад внесли животноводство и налоги на продукцию.

Сельское хозяйство

Аграрный сектор выступил ключевым драйвером роста. В четвертом квартале выпуск увеличился на 20,8% в годовом выражении, а по итогам года — на 10,5%. Основной вклад обеспечили рекордный урожай кукурузы и рост производства пшеницы, риса и хлопка. Снижение выпуска сои частично ограничило общий результат, но не изменило общей положительной динамики.

Животноводство и добывающие отрасли

Сектора животноводства, лесного хозяйства, рыболовства и горнодобывающей промышленности показали рост на 3,9% в четвертом квартале и на 6,0% по итогам года. Позитивная динамика в животноводстве обеспечена увеличением производства свинины, птицы, молока и яиц, несмотря на сокращение выпуска говядины. Добывающий сектор также продемонстрировал устойчивый рост, главным образом за счет увеличения добычи строительных материалов.

Промышленность

Обрабатывающая промышленность увеличилась на 3,7% в годовом выражении, а по итогам года — на 5,6%. Рост поддержан производством масел, молочной продукции, напитков, а также металлургией и машиностроением. В то же время снижение зафиксировано в сегментах мяса, сахара, текстиля, химической продукции и древесины, что отражает сохраняющуюся неоднородность промышленной динамики.

Строительство

Строительный сектор вырос на 4,3% в четвертом квартале и на 6,2% по итогам года. Динамика связана с ускорением реализации инфраструктурных и частных проектов, что стимулировало спрос на строительные материалы, преимущественно внутреннего производства.

Энергетика и водоснабжение

Сектор электроэнергии и водоснабжения продемонстрировал рост на 13,2% в четвертом квартале и на 10,9% по итогам года. Ключевым фактором стало увеличение притока воды в реке Парана, что обеспечило рост генерации электроэнергии. Дополнительный вклад внесли распределение электроэнергии, водоснабжение и санитарные услуги.

Сектор услуг

Сфера услуг увеличилась на 5,7% в годовом выражении в четвертом квартале и на 6,3% по итогам года. Рост обеспечен финансовым посредничеством, торговлей, транспортом, гостинично-ресторанным сектором, телекоммуникациями, а также государственными и бизнес-услугами.

Спрос

Со стороны спроса основными драйверами выступили частное потребление и валовое накопление основного капитала, что отражает устойчивость внутреннего спроса и инвестиционной активности. В то же время чистый экспорт и государственные расходы оказали сдерживающее влияние на динамику ВВП.

Вывод и перспективы

Экономика Парагвая в 2025 году продемонстрировала высокий темп роста, однако его структура остается во многом прежней. Основной вклад по-прежнему обеспечивает аграрный сектор, а зависимость от климатических условий и внешних факторов сохраняется.

Это позволяет говорить скорее о благоприятной фазе текущей модели, чем о ее качественной трансформации. В 2026 году ожидается замедление роста на фоне нормализации аграрного производства после рекордного урожая, что снизит вклад ключевого сектора в ВВП.

Поддержку экономике продолжат оказывать внутренний спрос и инвестиции, однако их потенциала, вероятно, будет недостаточно для сохранения темпов роста на уровне 2025 года. При этом еще больший приток инвестиций и бизнес-миграция из Европы и Америки могут со временем стать фактором изменений — если перейдут из краткосрочного эффекта в устойчивый тренд.

HUMANICA — это платформа, созданная командой увлечённых людей, где каждый материал представляет собой тщательно проработанный текст. Мы исследуем важнейшие события, культурные явления и их влияние на современность, позволяя вам взглянуть на мир под совершенно новым углом.

💡 Присоединяйтесь к нашему сообществу, чтобы обмениваться идеями и находить новые грани исторической науки.

📋 В нашей ленте вы найдете актуальные новости, увлекательные статьи и оригинальные исследования по широкому спектру тем — от этнографии до политической истории и искусства. Мы ценим ваше время, поэтому делаем информацию доступной и интересной для самой широкой аудитории, от специалистов до энтузиастов.

✅ Подписывайтесь на HUMANICA и оставайтесь в курсе самых интересных фактов и исследований!

📝 Бонус: В ЭТОЙ ПАПКЕ собраны каналы — активные участники сообщества.

Друзья, наш канал снова стал участником папки! Для меня — это важное событие. Загляните туда. Возможно, вам будет интересно.
Спасибо ❤️.

⬇️

🇦🇷 Новые реформы Милея

Аргентинская правящая партия 🦅 «Свобода наступает» представила два пакета реформ.

Первый из обещанных девяти пакет реформ направлен на защиту, укрепление режима частной собственности.

— Усложнение экспроприации
— Отмена ограничений на приобретение земель иностранцами
— Отмена ограничений на эксплуатацию земель, пострадавших от пожаров (касается сельскохозяйственных угодий и вновь созданных лесов)
— Возвращение захваченной окупасами собственности за срок до 5 дней
— 10% от полученных с приватизационных тендеров средства направляются на закупку вооружения

Второй пакет отправлен в Национальный Конгресс министром дерегулирования и трансформации государства Федерико Стурсенеггером. Так называемый Ley Hojarasca направлен на отмену и изменение устаревших законов, противоречащих свободе.

— Отмена тюремных сроков за критику на международных форумах состояния права человека в Аргентине (введён в 1951)
— Отмена законов, предусматривающих контроль доступа газетной бумаги (1972), предварительное уведомление о проведение закрытых собраний в частных помещениях (1973) и др.
— Отмена разрешения конгрессменам отклоняться от ПДД при движении и парковке (1975)
— Отмена принудительного помещения в спец.учреждения больных проказой (1983)
— Отмена устаревших законов о льготах для угольных шахт (1870), приобретении вооружений (1895)
— Отмена ненужных бюрократических процедур вроде уведомления компетентных органов о приостановке строительства по любым причинам (1971)
— Отмена или адаптация под современные реалии иных законов и правил

❤️ Viva la Libertad

🌎 👶🏻 Где в Америке чаще всего рождаются. Что это говорит о будущем региона?

Свежие демографические оценки показывают: карта рождений в Америке остается крайне неравномерной. Вероятность того, где именно появится на свет человек, напрямую связана с масштабом страны, структурой населения и стадией демографического перехода.

За свежими цифрами скрывается постепенная утрата регионом роли одного из ключевых источников роста мирового населения.

Крупные страны как демографические центры

Абсолютным лидером остаются Соединенные Штаты — около 4,2% всех рождений в мире приходится именно на них. Далее следуют Бразилия с 2,7% и Мексика с 1,6%. По сути, именно эти три государства формируют демографическое ядро Западного полушария.

Причина очевидна: сочетание численности населения и накопленного демографического инерционного эффекта: даже при снижении рождаемости крупные страны еще долго продолжают генерировать значительное число рождений.

Эффект замедления: рост сменяется стабильностью

При этом важно другое: ни Соединенные Штаты, ни Бразилия больше не находятся в фазе демографического ускорения. Рождаемость снижается, а общее число рождений скорее стабилизируется, чем растет. Это частый сценарий для экономик, прошедших активную фазу развития.

Север и Юг: разные скорости одного процесса

Канада демонстрирует крайний вариант этой траектории. Вероятность рождения здесь составляет около 0,4% — результат сочетания небольшой численности населения и одной из самых низких рождаемостей среди развитых стран.

В Латинской Америке картина сложнее и интереснее. Колумбия, Аргентина и Перу находятся в промежуточной зоне с показателями от 0,4% до 0,6%. Это страны, которые еще недавно опирались на демографический рост, но теперь быстро его теряют. Их ключевой вызов — старение населения.

Малые страны вне фокуса

Центральная Америка и Карибский бассейн почти не видны в глобальной статистике. В большинстве стран вероятность рождения не превышает 0,2%, а в карибских государствах часто опускается до 0,1% и ниже.

Здесь срабатывает простой фактор масштаба: небольшое население автоматически означает малое число рождений, даже если уровень рождаемости остается относительно стабильным.

Парагвай: инерция более ранней стадии

Парагвай выглядит как одно из немногих исключений. При сравнительно небольшом населении страна сохраняет более высокую рождаемость, чем многие соседи. Это отражение более молодого населения, менее интенсивной урбанизации и устойчивости традиционных семейных моделей. Парагвай, по сути, дольше других удерживается на более ранней стадии демографического перехода.

Однако и здесь тренд уже меняется. С ростом образования и изменением социальных установок рождаемость постепенно снижается, пусть и медленнее, чем в других странах региона.

Смещение глобального центра роста

Даже с учетом США и Бразилии Америка постепенно уступает позиции в мировой демографии. Основной прирост населения сегодня сосредоточен в странах Африки и Южной Азии.

Америка же больше не является регионом демографического расширения. Ранее об этом я писал здесь. Она входит в фазу, где решающими становятся не количественные показатели, а качество человеческого капитала, миграция и экономическая эффективность.