🇦🇷 Мальвины: шанс, которого Аргентина ждала 44 года

24 апреля Reuters опубликовал утекшую записку Пентагона за подписью Элбриджа Колби, главного политического советника Минобороны. В этой записке — слишком много интересного.

Что за записка

США завершают войну с Ираном, и часть европейских союзников по НАТО — Британия, Испания и другие — отказываются предоставить американцам право пускать военные корабли в свои порты, разрешать использование баз на своей территории и пропускать самолеты через воздушное пространство. В записке, ходившей между топ-чинами Пентагона, предлагается их за это наказать.

Среди мер — приостановить членство Испании в НАТО и пересмотреть американскую дипломатическую поддержку «европейских имперских владений». Под последним подразумеваются конкретно Фолклендские острова.

Реакция Аргентины

В тот же день в Буэнос-Айрес приехал заместитель помощника госсекретаря США по вопросам контроля над вооружениями Томас ДиНанно — объявил расширение военной помощи Аргентине, и Хавьер Милей среагировал мгновенно. В X — «Мальвины были, есть и всегда будут аргентинскими». В интервью Neura — что страна делает «все человечески возможное». И тут же оговорка: «суверенитет не подлежит обсуждению, но действовать нужно с умом и холодной головой». Это старая линия Аргентины, на которую страна встала после поражения 1982 года.

Военный путь после Галтиери закрыт. Единственным инструментом остается длинная дипломатическая игра — работа в международных институтах и двусторонние соглашения с Лондоном при сохранении формальной претензии. Для Буэнос-Айреса подобная линия — юридическое обязательство, которое прописано в конституции.

Что поменялось для Аргентины

Долгое время у этой линии был сдерживающий механизм: американская поддержка британского суверенитета считалась константой, и какой бы продуктивной ни была двусторонняя кооперация, сам вопрос суверенитета для Буэнос-Айреса оставался закрытым. Теперь же этот механизм если и не сломался, то начал барахлить, дав Аргентине окно возможности.

При этом Милей понимает, что окно это открылось не его руками, а отказом Лондона помогать Вашингтону в Иране — и может закрыться так же: спонтанно и без его участия. Если европейцы договорятся с США, фолклендский вопрос вернется в формальную риторику. Отсюда осторожный тон и никаких триумфальных деклараций — вместо них работа с тем, что есть прямо сейчас.

Что ей все это дает

Даже если записка Колби останется лишь эпизодом внутренних игр, а Лондон с Вашингтоном договорятся, два важных фактора у Буэнос-Айреса уже есть.

Во-первых, лед тронулся. Больше 40 лет американская поддержка британского суверенитета над Мальвинами была молчаливой константой — единой линией Госдепа, Пентагона и разведсообщества. Записка Колби впервые расколола этот консенсус и дала аргентинскому МИДу цитируемый документ. В любых будущих переговорах Буэнос-Айреса с Лондоном этот факт будет учтен.

Во-вторых, военная помощь от ДиНанно, расширенное сотрудничество спецслужб, тренинг силовых структур. Систематической американской военной поддержки Аргентина не получала с конца 1970-х — и эти активы остаются у нее независимо от судьбы конкретной записки.

А что там у британцев?

Лондону все сложнее справляться с давлением. Сегодня британский фланг ослабевает не только по аргентинскому направлению, а по всем актуальным сразу. Королевство ведет одновременно несколько крупных внешнеполитических кампаний: газовский трек, трансатлантический разлад с Вашингтоном, разборки в Восточной Европе. А внутренняя нестабильность правительства Стармера лишь добавляет сложностей.

Содержание гарнизона на Фолклендах — около 60 миллионов фунтов в год: не критично для бюджета, но в условиях системного давления каждая такая статья становится значимой. Да и сам консенсус по островам постепенно ослабевает: для поколений, родившихся после войны, Фолкленды — абстракция.

Время работает не на Лондон. Каждый месяц, который аргентинская дипломатия проводит в открывшемся окне, — это вклад в более сильную позицию на следующих переговорах. Какими бы они ни были.