Во-первых, я не понимаю, откуда у этого фильма такие высокие оценки. Во-вторых, в поиске ответа на вышесказанное и прочитав десятки рецензий, не нашёл более точного описания, чем: "Перестаньте загрязнять искусство вашим мастурбаторским мусором".
Ева Виктор в своем режиссерском дебюте рассказывает историю Агнес, переживающей последствия травмы и пытающейся найти опору, чтобы жить дальше. Однако само событие, запустившее конфликт, не становится центральным в картине, акцент смещен на атмосферу, жесты, взгляды, детали. Проблема в том, что эти детали чаще работают как декоративные символы, чем как драматургические элементы.
Для Виктор это дебют в режиссуре, ранее она была актрисой, ютубером и стендап-комиком. Это прошлое явно ощущается в фильме. "Прости, детка" легко мог бы стать блестящим стендап-моноспектаклем, с присущей жанру самоиронией и язвительными комментариями о травмирующем опыте. Но на экране это превратилось в кинопроизведение, в котором юмор выполняет терапевтическую функцию, но не всегда работает в драматургии. Там, где в реальной жизни сарказм помогает пережить боль, здесь он выглядит как калька с популярных психологических монологов на YouTube.
С самого начала нас подталкивают к определенному настроению. Подруга Агнес наугад берет в руки "Лолиту" Набокова и морщится, прочитав пару строк. Это вырванное из контекста отвращение, как и многие другие мизансцены, работает лишь на создание заданной эмоциональной окраски, но не на развитие сюжета. Взгляды, интонации, случайные детали, словно гипнотический маятник они настраивают зрителя на определенное восприятие, но редко дают ему повод почувствовать это самостоятельно.
Ева Виктор словно находит в себе смелость закричать, но боится сорвать голос. Она не называет вещи своими именами, избегает острых формулировок, старается никого не задеть. В результате конфликт оказывается сглаженным, а заявленный потенциал потрачен впустую. Показателен пример со статичным планом дома: день сменяется вечером, вечер - ночью, Агнес выходит наружу. Все становится понятно, но затем сцена объясняется еще и словами героини, полностью разрушая атмосферу.
Отдельный вопрос образ Агнес. Ее называют умной, горячей штучкой, самым молодым профессором в университете, но эти качества почти не проявляются в действии. Диалоги звучат постановочно, а живые актерские интонации не всегда создают ощущение подлинности. Это не честный разговор, а тщательно выстроенный монолог. Люди так не говорят, люди так себя не ведут.
Как я уже писал в тексте по "Материалистам", мы, увы, живем в реалиях, где легко задеть чьи-то чувства, где страдания это не результат боли, а последствия моды и на фоне этого происходит эститизация пустоты. И здесь вместо глубокого исследования травмы, Ева Виктор превращает ее в тот самый эстетизированный продукт, своеобразный филлер, способный растрогать либо людей с похожим опытом, либо зрителей, воспитанных популярной психологией. Но боль в искусстве это "Кит" Аранофски, "Любовь" Ханеке, "Таинственная кожа" Араки или даже "Одержимая" Жулавского. "Прости, детка" не про боль, а про желание ее экранизировать. И грустно, что за этой экранизацией почти не видно таланта. Когда боль пройдет, останется ли что-то сказать?
Фильм заявляет о себе, о проблематике внутри, на бумаге тихая история выглядит громким возгласом. Но на экране это набор монотонных фраз, зачитанных с заявления, которое можно либо принять, либо отвергнуть. И если это всего лишь заявление или монолог, то будет честно завершить рецензию словами самой Агнес:
Такие книги тоже нужны, чтобы отличить плохие от хороших.