И еще раз про Ильина. Еще до отпуска написали с коллегой статью про него. Вернулся, а споры всё идут. Моя позиция не изменилась. Ильин безусловно был попутчиком немецкого нацизма до 1938 года. Он безусловно сочувствовал Муссолини и Гитлеру до начала Второй мировой войны. А после войны он сочувствовал ультраправым диктатурам Салазара и Франка. Он всегда ненавидел советскую власть, более того, считал её абсолютным злом, Сталин для него прямо был Сатана. И победы Советскому Союзу он не желал даже во время Второй мировой войны, надеясь на то, что она приведет к свержению советской власти. Да, он понял тоталитарную сущность нацизма и его радикально антирусскую направленность. Но понял слишком поздно, уже замарав себя сотрудничеством с этим режимом. Все это совершенно очевидно, подтверждается сотнями страниц текста, ну и наши коммунисты на это вполне объективно указали (ну не все они были объективны, но аргументация того же Егора Яковлева на мой взгляд вполне соответствует критериям научности).
При этом наши левые неправы, называя Ильина философом фашизма или русским фашистом. Как мыслитель Ильин был феноменологом и неокантианцем. Именно еврей Гуссерль был его главным учителем, именно феноменологически Ильин прочитал Гегеля в своей известной диссертации. Таким он остался до конца. Почитайте его «Аксиомы религиозного опыта». Это именно феноменология религии как предмета сознания, утверждающая радикальный субъективизм индивидуального опыта, который не преодолевается даже эсхатологически. Мы – наглухо закрытые монады. Единственный выход из этой замкнутости - сделать Бога единственным Предметом собственного сознания. При этом Бог и так и остаётся Предметом, даже Он не в силах разомкнуть рамки индивидуальности.
В области философии государства Ильин – неокантианец, последователь школы Новгородцева (вот его именем и можно было назвать ВПШ, благо в этом году тоже был юбилей). Его учение о монархии – противоречиво, т.к. Ильин вовсе не сторонник самодержавной неограниченной монархии. Он выступает за сочетание жесткой власти сверху (учреждения) и низовой творческой демократии снизу (корпорации). При этом он категорически отвергает разного рода представления о коллективных личностях. Ему претит и традиционная историософская мифология Катехона и «Москвы – Третьего Рима». Добавим, что Ильин категорично выступает против тоталитаризма, и отстаивает необходимость соблюдения прав личности и в принципе выступает за правовое государство, явно симпатизируя послевоенным США.
Все это очень далеко от идеологии и философии фашизма. Ильин – попутчик, руководимый ненавистью к коммунизму и советской власти. Признавая, как философ, историческую невозможность гегелевского государства, не считая, что в истории можно реализовать абсолютное добро или чистое зло, как человек и пропагандист он изменял собственным философским принципам. Учителем для нас сейчас он быть не может. Чему может научить человек, который прочитав «Майн кампф» не увидел в этом труде русофобии? Как мы можем ориентироваться на человека, который ради свержения советской власти, рассуждал об атомных бомбардировках Советского Союза?