白い斑点

Ой, всё, я снова в свою берлогу😵

А давай по фану🍵
𐔌 . ⋮ 灰色の猫.ᐟ ֹ ₊ ꒱

0:38 - 0:45
И может быть ТЫ сразу,
но со второго взгляда🤩
Я понял, что тебя
💗 л!блю-у-у-у-у...
1:21-1:29
Возьми ключи от рая
и домофона🦋🦋
🤍🤍Пароль от сердца
🤍🤍и телефона🌟

Вечерний воздух был прохладным, но в салоне машины стояла тяжелая духота от невысказанных слов. Когда Саша проводил Илью до подъезда, повисла та самая пауза.

— Илюх, не помнишь, была такая песня у Воробьёва? Там клип был… типа «от ненависти до любви» — начал Саша, сам не понимая, зачем он это делает. Ему просто нужно было разрушить эту тишину.

Илья замер. Он смотрел куда-то в сторону.

— Ой… дай-ка вспомню… — пробормотал Илья, но голос его был сухим.

Он замолчал именно тогда, когда до подъезда оставалось несколько шагов. И вдруг, резко обернувшись, посмотрел Саше прямо в глаза — так, что у того перехватило дыхание, а мир вокруг перестал существовать.

— Скажи мне: «Я тебя люблю», — почти приказал Новки. В этом не было приказа, только отчаянная, обнажённая просьба.

Саша не стал отвечать словами. Он просто сократил это чертово расстояние, подаваясь вперед, чтобы заглушить его слова поцелуем. В этот миг он замер, ожидая удара, отстранения, боли. Но вместо этого почувствовал, как тело Ильи расслабляется под ним, как он сам подается навстречу. Саша аккуратно накрыл его пылающие щеки своими холодными ладонями.
Когда они наконец отстранились, тяжело, рвано дыша, Саша прижался своим лбом к его лбу.

— Я тебя люблю. — прошептал он, чувствуя, как внутри, наконец, разливается абсолютный покой. — И да.

Он вытащил из кармана дубликат ключей и вложил в ладонь Ильи. Металл был холодным, но в руках младшего он казался обжигающе горячим. Илья удивленно взглянул на него, а Саша лишь улыбнулся — открыто и спокойно, позволяя этому «красному цвету» навещать его в любое время.

私はあなたと話すのがとても快適だと感じます、私は再び生きていると感じます。🐰
С тобой так комфортно общаться, я снова чувствую себя живым

Утренний свет не торопясь полз по стенам квартиры. Но этот покой продлился недолго. Резкий, бесцеремонный звонок в дверь ворвался в квартиру, заставляя Сашу вздрогнуть. Он нахмурился, ощущая, как внутри шевельнулось неприятное предчувствие. Стоило замку щёлкнуть, как привычный мир Саши рассыпался. В прихожую, словно стихийное бедствие, ворвался ослепительно-красный цвет. Новки не просто зашёл — он ворвался в жизнь Саши. Глухой удар рюкзака о пол и суетливый шорох кроссовок заполнил пространство, вытесняя остатки покоя.

— Саш, прости! — выкрикнул Илья. Его голос, обычно звонкий, сейчас дрожал, надламываясь от смеси паники и почти осязаемого смущения.

Дверь в уборную захлопнулась, отсекая шум, и Саша остался один на один. Он замер, прислонившись к косяку, чувствуя, как в груди предательски кольнуло. Те съёмки...они стали толчком. Но Саша и представить не мог, что этот «красный цвет» не просто заглянет на чай, а вынесет дверь его размеренной жизни с корнем, став её неотъемлемой частью.

С того дня мир пошёл по другому. Илья не просто появился — он пророс в Сашины будни, оплетая их своими яркими нитями. Случайные встречи на улицах больше не были случайностями. Они ощущались как неизбежность. В такие моменты у Саши внутри всё сжималось: от мимолётного касания плеч во время обеда, до неловкого молчания в машине, когда он подвозил младшего. Каждая секунда близости была такой трепетной и завораживающей.
Каждый новый кружочек от Ильи отзывался в груди странным приливом тепла. Саша ловил себя на том, что пересматривает их бесконечно, замирая перед экраном с глупой, почти детской улыбкой. Он буквально впитывал его: манеру речи, черты лица, даже те резкие маты, что проскакивали у Ильи на эмоциях.

— Это Новки, что ли, у тебя? — голос Фрамы прорезал тишину, как гром среди ясного неба.

Саша вздрогнул, телефон едва не вылетел из ослабевших пальцев. Сердце пустилось в галоп, а к щекам прилила предательская жара. Он поспешно перевернул телефон, чувствуя, как внутри всё переворачивается от стыда и... дикого облегчения, что это не Илья застал его за этим интимным процессом.

— Ты чего, Санёк? Понравился малый? — Ермолаев не упускал момента. В его глазах плясали чертики. — А напомнить тебе твоё первое мнение о нём?

— Да не надо мне напоминать, блять! — огрызнулся Саша, но голос прозвучал слишком мягко, беззлобно. — Я сам всё помню. Просто он…он такой…

— Милый? Активный? Забавный? — Фрама многозначительно подмигнул.

Саша замолчал, проваливаясь в собственные воспоминания. Перед глазами вспыхнул смех Ильи, то, как он неловко поправляет свои огненно-красные волосы, как загораются его глаза, когда он увлечён чем-то, и эта его открытость... и эти вечные «дай пять».

— Да… — выдохнул он, признавая поражение.

— Боже. — Ермолаев покачал головой, отстраняясь с видом человека, столкнувшегося с чем-то невыносимо очевидным. — Ты вроде не из числа тормозов, в чём дело-то?

— Я — нет. А вот он… — Саша запнулся, и в горле встал ком.

Он рассказал Фраме всё. О том, как замирал в ожидании каждого звука, как пытался нащупать путь к нему, как строил планы, которые разбивались вдребезги о внезапные, почти испуганные «убегания» Ильи. Саша чувствовал себя проигравшим, не подозревая, что Илья бежал не от него, а от самого себя, задыхаясь от того же самого чувства, которое выжигало Сашу изнутри. А финал этой изматывающей гонки наступил внезапно.

Тут у одного человечка -
день рождение👀
да мне насрать, что ты забросила свой канал

Не будем вдаваться в подробности в дружбу с этим человеком, но я прям искренне благодарна ей за всё, что она мне сделала. Как и в общении, так и в зарисовках/фф. Живи долго и счастлива, Дуня)

Як тобі сказати🦋
𐔌 . ⋮ 灰色の猫.ᐟ ֹ ₊ ꒱

Everywhere i go💓
𐔌 . ⋮ 灰色の猫.ᐟ ֹ ₊ ꒱

Всё, теперь мои планы на месяц такие👨‍🦯:

Я боюсь💤
𐔌 . ⋮ 灰色の猫.ᐟ ֹ ₊ ꒱

I know your time it’s pr₽ci0us
Я знаю, что ваше время драгоценно🍵

🍵But give me just a second
🍵Но дай мне всего секунду

I need to straighten
things out with you
Мне нужно🍵
с тобой все уладить.

ところで、私は私たちのコミュニケーションを終わらせたくありませんでした。🗯
Кстати, я не хотел прекращать наше общение.

Сказанные утром слова Фрамы заставили Парадеевича задуматься. Поэтому он попросил Сашу обсудить этот момент вечером, на что тот согласился.

Они сели за стол. Спокойно. Парадеевич говорил осторожно. Он подбирал слова, словно шёл по тонкому льду, боясь провалиться в пропасть взаимных обид. В его голосе не было агрессии — только пугающая, кристальная искренность, которая была с ним всегда. Ермолаев же, напротив, запутался в самом себе и старался объяснить это парню. Он пытался показать своё состояние, но слова выходили корявыми, странными, почти непонятными. Он строил из них нелепые конструкции, пытаясь описать ту бурю, что бушевала внутри, а Саша лишь понимающе кивал, ловя каждый слог, пытаясь расшифровать всё это.

А потом наступила тишина.

— Давай тогда расход? — голос Парадеева прозвучал ровно, но в этой ровности было больше боли, чем в крике. — Ты же прекрасно понимаешь, что пока ты не переступишь через себя, мы не сможем быть вместе. Я делал всё, что было в моих силах. Даже больше.

Ермолаев, словно не ожидавший такого исхода, сорвался. Всё то, что копилось месяцами, выплеснулось на Сашу едкой лавиной. Он обвинял. Обвинял в неуважении к нему, к людям, к самой сути их близости. Говорил, что Саша никогда его не слышал, только слушал, но не слышал. Говорил, что устал от такого отношения к себе и не готов больше этого терпеть. А Парадеев сидел неподвижно. Его глаза чуть расширились, но он не перебивал.

Прекрасно знал, что иногда люди говорят на эмоциях, не подумав, но именно в такие моменты произносится вся правда вместе с чувствами, которые были умолчены.

Последнее слово осталось за Ермолаевым. Когда он, наконец, замолчал, в комнате повисла такая тишина, что было слышно, как тикают часы.
Саша медленно поднялся. Взглянул на него — не с обидой, а с какой-то обречённой пустотой и свободой — и вдруг глупо, почти комично поклонился.

— Прости, что появился в твоей жизни. — тихо произнёс он. — Удачи.

— Тебе тоже. — нехотя, не поднимая глаз, бросил Ермолаев.

Ермолаев ушёл в комнату, закрыв за собой дверь. Парадеев же просто пошёл прочь из собственного дома. К друзьям, в шум, в толпу, куда угодно, лишь бы не оставаться в этом доме вместе с этим человеком, который сначала говорил, что ни в чём не винит его, а потом говорит обратное.

Два дня. Два дня они существовали в параллельных мирах. Ни звонков, ни сообщений, ни случайных встреч. Только глухая пустота.
Когда после съёмок Саша вернулся домой, его встретило странное чувство. Слишком много пространства. Слишком много воздуха. Он зашёл внутрь и замер. Половина дома опустела. Исчезли знакомые вещи, одежда, мелочи, которые создавали ощущение жизни. Не было ни следа, ни запаха присутствия. Только подарки — те самые, что Ермолаев дарил, а Саша принимал. Саша не посмел их даже тронуть. Они стояли на полках. Он прошёл на кухню. Солнечные лучи, безжалостные и яркие, и одновременно нежные, заливали стол, высвечивая каждую пылинку. Саша почувствовал, как внутри что-то окончательно оборвалось. Он подошёл к столу, тяжело облокотился на него руками, чувствуя холод поверхности.

Он ещё раз окинул взглядом пустую, залитую светом комнату. Опустил голову, глядя в пустоту перед собой, и едва слышно, почти про себя, выдохнул:

— А я знал, Саш...

Он замолчал. Голова так и осталась склонённой, руки судорожно сжимали край стола. И в этой оглушительной тишине солнечного дня послышался лишь тихий, прерывистый звук — шмыганье носом. А после и за окна послышался шум дождя. А через открытое окно ощущался приятный запах свежести с прохладным ветерком, который принёс чувство свободы.

Я в твоей жизни🌟
𐔌 . ⋮ 灰色の猫.ᐟ ֹ ₊ ꒱

Что мне вам сделать, ребятки, скажите, пожалуйста..😀 Я готова хоть сальто назад научиться делать, лишь бы вы были счастливы и рады здесь находиться⚡
@ThegreyCatt_bot

Чёт не получилось поговорить, как видите. А всё из-за того, что я не знаю, что вам рассказывать🪨 Вроде и хочется, но в то же время нет. С работами хуй знает, что делать мне. Может, напишу что-то по экстаймерам, а может, и нет. Может, по фрадеичам, а может, и нет😵 я полностью без понятия..