Идея для IKEA: почему кейс шведско-нидерландской компании может стать показательным. Возможное возвращение иностранных компаний на российский рынок очевидно окажется длительным и предельно избирательным. В этом контексте показательным выглядит кейс IKEA. Так, в конце минувшей недели стало известно, что шведско-нидерландская компания, покинувшая Россию после начала военного конфликта, может вновь заработать в РФ — компания зарегистрировала в Роспатенте новый товарный знак. Однако в случае возвращения IKEA в Россию мебельного ритейлера ждут значимые финансовые потери. Отмечается что в апреле Росприроднадзор подал иск на 110 млн руб. к ООО «Торг» — бывшей структуре IKEA. После ухода ритейлера из России именно этому юридическому лицу перешло все имущество, в том числе основной склад в Есипово. Сумма иска — размер экологического сбора, который IKEA должна была выплатить в 2023 году. Таким образом, камбэк, если такой и случится, окажется довольно дорогим.

При этом, как я отмечал ранее, история с потенциальным возвратом тех, кто ушел, сегодня сталкивается с разнонаправленными трендами. С одной стороны, примечательна история Ariston – в конце марта президент Путин отменил в российском подразделении внешнее управление. Ранее таковая находилась во внешнем управлении компании «Газпром бытовые системы». Высказывалось предположение, что таким образом власти РФ продемонстрировали на Ariston, как будут возвращать активы западных компаний. В частности, активы были отданы через несколько часов после того, как премьер-министр Михаил Мишустин озвучил условия возврата российского бизнеса западным компаниям.

То есть официальная тональность российской стороны понятна: намеренно чинить препоны для возврата тех, кто ушел под давлением геополитических факторов, в стране не будут. Однако и совсем забыть историю с уходом – нельзя, например, партия «Новые Люди» предложила вводить повышенные пошлины для всех западных товаров, которые в России научились делать не хуже; вводить жесткие требования по локализации (так работает Haval, китайцы продают свои автомобили дешевле, но обязаны с каждым годом все больше деталей производить у нас; для компаний, которые ушли из России из-за политических соображений – ввести возвратный платеж (по сути, индульгенцию). Кейс IKEA – из этой серии. Хотите вновь работать в России – выплачивайте все то, что должны.
Потому коллизия становится все более тяжелой: возвращение на российский рынок даже теоретически видится сложной процедурой.

Полагаю, что на сегодняшний день крупные иностранные бренды пребывают в определенном замешательстве. Тут и вопросы юридической незащищенности иностранных инвесторов, и определенное снижение привлекательности российского рынка с экономической точки зрения, и высокие затраты на реструктуризацию бизнеса.
Но, пожалуй, самое важное - непредсказуемость дальнейшего развития политической и экономической ситуации.
В итоге, как мне представляется, звучащие заявления о возвращении западных компаний в Россию в 2025 году остаются скорее желаемым, нежели реальным сценарием.