Сегодня на заседании Научного совета ВЦИОМ обсудили тему «Выборы-2026: электоральный итог и контуры новой политической конфигурации».

Для меня главный вопрос заключается в том, что новый электоральный ландшафт и реальная политическая конфигурация общества - далеко не одно и то же.

По итогам выборов «Единая Россия» получила около 58%. При этом перед выборами ее рейтинг в разных исследованиях составлял 27,3–32%. Эти цифры не обязательно противоречат друг другу. Рейтинг измеряет отношение всего общества в момент опроса, а результат выборов - распределение голосов среди пришедших на участки. Между ними находятся явка, мобилизация, неопределившиеся и способность партий привести своего избирателя.

Но разрыв все равно требует осмысления. 58% голосов дают победителю безусловный юридический мандат и доминирующее положение в парламенте. Однако означают ли они, что существующая политическая конструкция действительно отражает все многообразие общественных интересов?

В особенности это касается городского, образованного и прогрессивного электората. Людей, которые хотят развития, технологической открытости, работающих институтов, защиты частной жизни и меньшего давления государства. Часть этого запроса собрали «Новые люди». Часть голосов разошлась между другими партиями. Но значительная доля такого электората так и не увидела в кампании полного ответа на свои ожидания.

Выборы в этом смысле разделили общество не только на власть и оппозицию, но и, условно говоря, на «согласных» и «обиженных». Согласный избиратель организован, мобилизован и представлен. «Обиженный» электорат крайне неоднороден. Это могут быть левые, либералы, предприниматели, молодежь, патриоты или просто уставшие люди. Они не обязательно выступают против государства или президента. Их объединяет ощущение, что именно их проблемы, образ жизни и представления о будущем остаются без полноценного политического представительства.

Поэтому новая конфигурация выглядит устойчивой институционально, но гораздо сложнее социологически. Чем выше результат одной партии, тем больше ее ответственность за все принимаемые решения. И тем заметнее становится разрыв между парламентским большинством и теми общественными запросами, которые не смогли превратиться в голоса и мандаты.

Научный вопрос сегодня состоит не только в том, как «Единая Россия» получила 58%. Важнее понять, где находятся и чего хотят люди, которые не увидели себя в этих выборах. Как будет меняться городской электорат? Во что трансформируется накопленная обида? Кто сможет предложить ей не просто эмоциональный протест, а понятную и конструктивную программу будущего?

Выборы сформировали новую конфигурацию власти. Но новый политический ландшафт они пока только обозначили.