Кандидата-женщину могут пустить на президентские выборы только от непарламентской партии и без гарантий по сбору подписей. В 2018 году единственной «кандидаткой» была Ксения Собчак, но ее участие фурора не произвело. В России вообще нет такого ощущения «слома шаблонов», как президент-женщина. В СССР равноправие было достигнуто еще в ранние революционные годы, в отличии от Запада, где пик борьбы за женские права пришелся аж на 80-е годы. Уже примерно ясны кандидаты от парламентских партий (КПРФ, ЛДПР, НЛ) и женщин там выдвигать не планируют. Хотя, конечно, в качестве умиротворительной риторики «пост-СВО» более теплый и материнский тип кандидата был бы востребован, в качестве контр-мачизма действующей власти. Но это не обязательно должна быть женщина, в конце концов, если посмотреть на медийно известных Симонян, Мизулину и прочих, очевидно, что сегодня они не ассоциируются с мирной и успокоительной риторикой, скорее уж наоборот. Власти гораздо важнее показать выбор кандидатов среди конкурирующих повесток, чем среди гендерного разнообразия, который в России традиционно исчерпывается всего двумя полами.