Вдруг вам будет интересно — Никита Бугров у себя в канале поделился идеями на тему, что крупный банк мог бы сделать в HRtech (если бы захотел).

Что крупный банк может сделать в HRTech?

Последний год я почти никак не связан с HRTech, а в последние месяцы вообще занимаюсь AI-first продуктами. Когда нет операционного вовлечения в рынок, всё лишнее забывается, и в голове остаётся только самое важное — поэтому размышлять о HRTech иногда особенно интересно. На днях мы с приятелем — бывшим топ-менеджером кадрового агентства — рассуждали о том, что крупные банки в России могут сделать в HRTech. Сейчас я задал себе вопрос:

«Что бы я делал, будь я лидером HRTech-направления в крупном банке?»

Какие

нечестные преимущества

есть у крупного банка?

У него есть огромные базы физических лиц, о финансовом положении которых банк знает очень много. Что именно он знает? Паттерны трат, остатки на счетах, место жительства и работы. Еще у банк сотни тысяч компаний клиентов из МСБ — про них банк знает кэшфлоу, скорее всего умеет его прогнозировать, знает, чем примерно занимается компания, сколько в ней человек, какие есть физические точки. Эти данные позволяют предлагать пользователям именно то, что им нужно и в нужный момент.

Куда бы я

не пошёл

, особенно в первые годы?

Я бы не стал конкурировать с hh или «Авито» в лоб в их основных продуктах. Сетевые эффекты в таких продуктах формируются медленно, поскольку поиск работы — низкочастотная задача (условно: 2 месяца раз в 2 года). Также я бы не трогал рынок HR-автоматизации: хотя он и достаточно большой (по оценкам hh — около 100 млрд рублей), он состоит из множества разных субрынков и решений, каждый из которых в лучшем случае составляет 7–10 млрд рублей.

Что можно делать?

1. Продукт для временной занятости на сине-воротничковых позициях, особенно в МСБ

Сегмент растёт, в него пока не пришли крупные игроки (Авито движется в эту сторону, hh уверенно лежит). Продукт высокочастотный, что позволяет быстрее проверить гипотезы. Есть понятные рычаги роста. В крупном бизнесе — за счёт отъёма доли у классических аутсорсеров и аутстафферов. В МСБ — за счёт создания нового рынка, который «съедает» упущенную прибыль (например, у вас несколько кафе, и пару бариста уволились — точки могут остановиться), а также часть зарплат текущих сотрудников, если они неэффективны. Работать с МСБ сложно и дорого, но прибыльно. Стартапам в сфере временной занятости этот рынок недоступен: требуются инвестиции в маркетинг и продажи, которых у них, как правило, нет.

2. Найм мигрантов

Несмотря на всю дичь, которую творит МВД по отношению к мигрантам в последние пару лет, в России по-прежнему, скорее всего, 3+ млн трудовых мигрантов. Думаю, больше — но достоверной статистики нет. Мигранты составляют 4–6% от трудоспособного населения России. Сейчас это хаотичный рынок с множеством аналоговых коммуникаций и нестандартных поведенческих паттернов. Большинство мигрантов переводят деньги семьям на родину, и несколько крупных банков уже научились привлекать эту аудиторию на переводы. Маркетинг на мигрантов очень специфичен. Если удалось привлечь и выстроить доверие, то обучить пользоваться продуктом по поиску работы — уже достаточно техническая задача.