«Элизабет Костелло» (2003) Дж. М. Кутзее

Снова обращаюсь к южноафриканскому писателю, про которого ранее писала здесь, здесь, здесь, здесь, здесь, здесь и здесь. Некоторые могут сказать, что это наш любимый писатель и будут чертовски правы. Итак, первый роман, периода эмиграции.

Главная героиня, собственно, Элизабет Костелло австралийская писательница, которая на склоне лет путешествует по миру, выступая с докладами и общаясь с коллегами. Наряду с повествованием об Элизабет, роман включает в себя эссеистические конструкты - лекции, доклады и письма. В финале романа главная героиня попадает на своеобразный суд (место и время которого невозможно определить), где осознает пустоту и незначительность своего творчества и своей жизни.

Кутзее ставит один за другим провокационные вопросы. Одина из главных его тем - права животных и их эксплуатация, автор приглашает читателя к обсуждению столь болезненной тематики. Об африканском романе, один из персонажей говорит о долгой устной литературной традиции в Африке, о непопулярности чтения в противовес живому общению на континенте. Писателям приходилось писать с оглядкой на западного читателя, да и писали авторы долгое время на языках бывших колониальных империй. Окунаясь в фантазии современных авторов черного континента, западный читатель чувствует себя в своей тарелке, мир как нельзя близок. Ещё одна фундаментальная проблема, что затрагивает Кутзее, кризис гуманитарных наук. Но, тут, пожалуй, вопрос можно задать на весь мир. Отсутствие новых идей, расколдовывание общества, отстранение не только от литературы, философии, религии, но и от общественных наук.

Венцом романа стал переосмысленный парафраз «Врат Закона» Франца Кафки. Элизабет встала не только у врат в конце жизни, но перед лицом перемен и в кои-то века должна была отойти от своей позиции и выбрать убеждения, коим следовала, будучи живой. Вопрос не такой простой как кажется на первый взгляд. И Элизабет, скрепя сердце, приходится согласиться, что они у неё были (а у кого их нет? правда, не все хотят их видеть).

Стилистически роман плотный, и ряд критиков после выхода произведения ринулись критиковать его за дидактизм, что отчасти может быть правдой, я люблю Кутзее за сам текст и спасибо переводчикам, что дали его мне. Кутзее балансирует на грани. Кому-то может такой стиль не понравиться, но эмоции всегда признак сильного автора.