Когда объект не может выразить собственный ужас и бессилие, он вызывает их у жертвы через физический захват, провоцируя её демонстрировать чувства, которые ему недоступны, и с жадностью начинает им внимать, что, конечно, ему не помогает, и он доводит жертву до психической смерти — состояния, в котором внутренне пребывает и сам объект, сформированный контактом с психически мёртвой матерью, не ответившей в своё время на его мольбу, которую демонстрирует жертва. Преступника бесполезно убивать, а жертву — освобождать: они оба уже мертвы, как и вся система, в которой они жили.