Выход нейросетей на историческую сцену заставляет переосмыслить основные концепции дальнейшего развития, выработанные к настоящему времени.

1. Во-первых, это концепция человека будущего. Мы привыкли думать о нём как о гуманном, умном, здоровом, сильном и т.п., но полностью "мясном", а не как о киборге-симбионте, совместно с имплантами и ИИ образующим некий гибридный организм нового этапа эволюции. Более того, похожий образ киборга уже сформирован в нашей культуре скорее как отрицательный. Однако мы уже симбионты – со своими смартфонами, с которыми не расстаемся ни на минуту. И это не деградация, хотя иногда так кажется. Смартфоны обеспечивают нас немыслимым для предков уровнем коммуникации и информированности. Проблема в другом, как и с нейросетями – как мы используем этот ресурс, в добро, зло или глупость. Человек остается мерилом всего, что он делает, в том числе ИИ – сам человек и никто больше, его свободная добрая, злая или глупая воля.

Люди будут пользоваться смартфонами. Люди будут пользоваться нейросетями в смартфонах. Люди будут пользоваться нейроинтерфейсом, более удобным чем клавиатура и голосовой ввод. Таким путем люди неизбежно срастутся с нейросетями в один симбионт, и тот, кто не будет использовать это из благих побуждений, поможет тем, кто будет его использовать из плохих побуждений. То же самое с имплантами, которые будут увеличивать возможности человека, ресурсы его памяти, зрения, здоровья, силы. Человек будущего – киборг. А добрый или злой – это уже выбор тех, кому придется этот выбор делать.

2. Во-вторых, должна быть переосмыслена концепция утопии. Мы привыкли видеть её как общество прямой электронной демократии, в котором умные и добрые люди бесконечно обсуждают, как же им поступить. Громоздко и долго, но лучше, чем быстрое единовластное решение деспота, не всегда умного и доброго. В утопии не может быть деспота, там все должны договариваться, чтобы достичь консенсуса. Но мы не знали, что появится нейросеть, которая сможет оптимизировать процесс достижения консенсуса. Человеческий спор – это обмен аргументами, который требует долгого проговаривания, при этом часть информации по ходу теряется из-за ошибок как в кодировке (спикером), так и в декодировке (слушателем), вынуждая крутить по кругу одни и те же вопросы, утомляя и провоцируя личные конфликты. Поэтому новгородское вече порой спорило по две недели, после чего уставшие люди переходили в драку. Нейросеть может заменить долгие дебаты моментальным сводом всех логически возможных вариантов и аргументов, с которыми останется лишь ознакомиться и проголосовать за наиболее подходящий. При этом необходимость все время следить за нейросетью и проверять её сохранит людей, дорожащих своей свободой, в интеллектуальном тонусе.

Однако главное – что прямая демократия утопии человеков-киборгов будет на многие порядки эффективнее той воображаемой медленной утопии светлоликих, которую мы привыкли себе представлять. Уже сегодня только идиоты не поняли, что более демократичные, свободные и горизонтальные страны более эффективны, чем недемократичные, жесткие и вертикальны. Осталось только проложить прямую между двумя этими точками.