Дело против Лиды Мониавы прекращено. Хорошо, что её вытащили. Плохо, что её потребовалось вытаскивать.

Я читаю сообщение группы поддержки и чувствую опасность. Там благодарят людей, которые приходили к суду, пациентов "дома с маяком", приехавших в инвалидных колясках и с аппаратами ИВЛ, тех, кто писал письма, журналистов, известных людей, всех, кто поднимал шум и не давал посадить Мониаву.

Я думаю: а если что-то подобное случится со мной?

Я не планирую преступление. Однако, судя по историям адвокатов, у следователя на этот счет может быть своё мнение, не доверять которому у судьи не возникнет оснований. Я могу вдруг оказаться не в том времени и месте, кому-нибудь потребуется закрыть дело, получить показатель.

Ради меня не приедут к суду люди на колясках. Про меня не напишут журналисты. Известные общественники не начнут звонить известным силовикам. В соцсетях не возникнет скандал, который сделает меня слишком заметным для того, чтобы меня замели под ковёр.

Все радуются за Мониаву, а я боюсь за себя. И за вас тоже. Потому что большинство из нас – не Мониавы.

Конечно, можно сказать – стань известным, и тебя не дадут посадить. Но это не очень справедливое требование к гражданину, который надеется, что закон одинаков и для известных, и для не очень.

Публичный вес превратился в гарантию справедливости, и все с этим согласны. Мониаву не посадят, а слесаря Иванова посадят. Всё нормально, всё так и должно быть. Да?

Что остается? Наращивать публичный вес собственными силами. Строить свою защиту снизу – защиту простых людей, сильных только числом. Круг, в котором один из нас не останется в одиночестве, когда у него возникнут проблемы. Где за него могут поручиться, найти адвоката, собрать деньги, написать запрос, помочь семье, поднять людей, наконец просто прийти и постоять рядом.

Люди на колясках приехали ради Мониавы, потому что раньше она приезжала ради них.

Так и мы можем стать маленькими мониавами – помогая друг другу.