Глава 9. Крыша

Прошло три дня. Три дня дождя, тревожного ожидания и осторожных приготовлений. Кирилл почти не выходил из дома, сказал маме, что заболел, что было недалеко от истины, он действительно простыл после того побега по карнизу. Мама хлопотала вокруг него, поила чаем с малиной, мерила температуру. Она думала, что у него обычная простуда. Она не знала, что каждую ночь он просыпается в холодном поту, потому что Алексей снова и снова прокручивает у него в голове сцену падения с крыши, словно готовится. Репетирует.

На четвёртый день Алексей сказал:

«Пора. Я знаю, как активировать рисунки. Но нам нужно быть рядом с ними. В мастерской».
— В мастерской? В том подвале, куда ты меня водил?
«Да. Там остались мои вещи, мои инструменты. И, главное, там есть мольберт. Если я нарисую что-то через тебя, используя те же материалы, ту же технику... это сработает как катализатор. Свяжет мои старые работы с настоящим моментом. Как замыкание цепи».

Кирилл колебался. Идти в тот двор-колодец, в подвал, одному, в компании призрака, звучало как начало очень плохого фильма ужасов. Но другого плана не было. Запись лежала у него в кармане, но без дополнительных доказательств она была просто звуковым файлом. Им нужно было нечто большее. Нечто неопровержимое.

Он оделся потеплее, написал маме записку («ушёл в аптеку, скоро буду») и вышел из дома. На улице моросил всё тот же противный дождь, превращавший город в серую акварель. Кирилл поёжился и зашагал к остановке.

Двор-колодец встретил его всё той же кислой вонью мокрой штукатурки и тишиной, нарушаемой только звуком капель. Ржавый велосипед, граффити «Лена + Дима», разбитое окно, всё было на месте. Кирилл подошёл к неприметной двери в углу двора, которую он заметил ещё в первый раз, и потянул за ручку. Дверь поддалась с мерзким скрипом, обнажив тёмный провал лестницы, уходящей вниз.

— Там есть свет? — спросил Кирилл.
«Был. Но я давно там не был. Может, перегорел. В кармане рюкзака должен быть фонарик, я всегда носил с собой».
— Ты носил. А у меня нет.
«Проверь. В левом кармане».

Кирилл сунул руку в рюкзак и к своему удивлению, действительно нащупал маленький фонарик-брелок. Он не помнил, чтобы клал его туда. Но, видимо, Алексей снова сделал это во время одной из своих «ночных прогулок». Кирилл уже перестал удивляться таким вещам. Сожительство с призраком приучает к сюрпризам.

Фонарик осветил узкую лестницу, пахнущую плесенью и старыми газетами. Спуск занял минуту. Внизу обнаружилась тяжёлая железная дверь с засовом. Кирилл отодвинул засов и вошёл.

Мастерская была небольшой, метров двадцать, не больше, но удивительно уютной, несмотря на запустение. Стены, выкрашенные в тёмно-синий, были увешаны рисунками, эскизами, чертежами. У одной стены стоял мольберт, слегка уже покрытый пылью. У другой стол, заваленный кистями, тюбиками краски, карандашами и какими-то инструментами, о назначении которых Кирилл мог только догадываться. В углу старая тахта с пледом, на которой, видимо, Алексей спал, когда работал допоздна. И всюду рисунки. Десятки, сотни рисунков. Спирали с глазами, фигуры, пейзажи, абстрактные композиции. И все они, казалось, были заряжены какой-то мрачной энергией.

страница 57