Отражение

Основано на реальных событиях

Пробуждение наступило посреди ночи, как обычно. Организм сам выдернул из сна, требуя сходить в туалет. В комнате стояла густая, вязкая темнота, поэтому свет решено было не включать, чтобы не растерять остатки дремоты. Я босиком вышел в коридор. В квартире царил полумрак: единственным источником света служила кухня, куда сквозь незашторенное окно лился холодный свет уличных фонарей. Глаза уже адаптировались к темноте, а маршрут был выучен до автоматизма, так что путь до туалета нашелся без труда.

Сел на унитаз, снова не включая свет. Дверь осталась открытой. Прямо напротив, в простенке коридора, висело зеркало, купленное ещё на новоселье. Подняв голову и машинально скользнув взглядом по его тёмной глади, почувствовал, как внутри что-то оборвалось.

В отражении никого не было.

Вместо привычной фигуры там виднелась лишь чернота дверного проема. Тело замерло. Сонная муть мигом выветрилась, уступив место липкому, иррациональному страху. «Ещё не проснулся», — пронеслось в голове. Пришлось ущипнуть себя за бедро, довольно сильно. Больно. Не сон. Тогда рука помахала перед лицом в надежде увидеть хоть смазанный силуэт, но отражение оставалось пустым, будто зазеркалье не желало признавать чужого существования.

«Слишком темно, — пришло успокоение. — Просто тени так легли».

Доделав дела, всё же рискнул остатками сна и щёлкнул выключателем. Зеркало мгновенно ожило: из его глубины уставился заспанный мужик с всклокоченными волосами. Ничего сверхъестественного. Тревога, сжимавшая горло, отступила, оставив после себя неприятное послевкусие. По пути в спальню удалось погладить пса, развалившегося на кухне. Айзек лениво стукнул хвостом по полу.

Следующий день начался, как обычно, со звука пылесоса. Ровно в 9:00 робот отправлялся в свой ежедневный рейд по квартире, гудя, как рассерженный шмель. Я назвал его «Бэлэш» за белоснежный корпус. Предшественника, старенького и вечно застревающего в проводах, звали «Жучара».

Чтобы проснуться, пришлось прошлёпать на кухню и насыпать в кружку растворимый кофе. По дороге по привычке погладил Айзека, который проводил меня сонным взглядом. С кружкой в руке перебрался в большую комнату, где стоял рабочий стол. Вдоль всей стены там возвышался здоровенный шкаф-купе с зеркальными раздвижными дверцами.

Чашка опустилась на край стола, тело потянулось, разминая шею, а боковое зрение зацепило отражение. Оно не поспевало.

Моя рука уже опускалась вниз, а в зеркале всё ещё висела в воздухе. Задержка была крошечной, в доли секунды, но достаточной, чтобы мозг взвыл сиреной. Движение замерло, затем голова резко повернулась. В зеркале повторили жест, но с той же едва уловимой, отвратительной задержкой, словно копия жила в мире с другой частотой кадров.

«Может, всё ещё не проснулся».

Шаг вперёд, вплотную к стеклу. Взгляд в собственное лицо. Черты те же: та же щетина, тот же шрам на брови. Но чувство фальши не покидало. Ладонь помахала перед лицом — отражение повторило с опозданием на миллисекунду, от которого закружилась голова.

Я протёр глаза. Померещилось? Отражение смотрело в упор. Веки моргнули резко, нарочито.

Отражение не моргнуло.

Страница 1