Взгляд уперев в вензеля шерстяные на красном ковре, тыча пальцем внутри,
малыш захолустной панельки России боится заснуть один.

Вот узор поплывет и слезинки впитает край от выцвевшего белья,
пока он засыпает, его обнимает колючий озноб февраля.

Утро холодом выдернет нас из постели, и опять Aquafresh, Nescafe и LD —
неизменные всадники новой недели,
новой только по цифрам на календаре.

Мне так холодно, Господи, больно и тошно, и усталость кусает мне мышцы и грудь, а внутри меня та одинокая крошка, что не может никак уснуть. Ниспошли мне смирения малую толику, на душе ведь не счесть рубцов, потерявшая смысл многолетняя хроника лишь морщинит мое лицо, я баюкаю сердце в ладонях истрепанных под скулящие «баю-бай», что-то в нём обещает мне ласковым шепотом, что когда-то пройдет февраль