Счастье мое,
давай пересмотрим Догвилль,
и ненадолго забудем, что кто-то из нас умрет,

сложим на полочку вытесненные боли
и подожжём её.

Как обнимать тебя больно и жить так страшно,деньги кончаются,кружится голова.

Мы так хотим побыстрее узнать что дальше,
игнорируя повторения всех «вчера».


Радость моя, давай пересмотрим Догвилль,
вспомним о чем-то важнее, чем стыд и рот,
маленькие и слабые наши роли
режиссер прописал иначе, но ты упёрт;

когда вместо теплого нежного мягкого поцелуя ловишь от мира крепкий удар под дых
и просишь ещё,
бессознательно критикуя
ты срываешься на безголосый упрямый крик,
и бесконтрольно топаешь, жизнь кляня
смотришь под ноги, забыв, что весь мир в руках,
а всевышний Триер поглядывает на тебя
и думает:
«во дурак»