Жемчуг

Образ мыслей обычного человека совершенно непонятен нам, людям духа. Мы просто не можем продраться через пелену их темных душ, и именно поэтому мы совершаем глупые ошибки, проповедуя сверхчеловека тем, кому нужен лишь канатный плясун и счастье последнего человека.

Человек духа всегда судит всех по себе и невольно думает: «Все такие же, как я, или всего лишь чуть-чуть глупее».

Но это было бы сродни тому, что некто предполагал бы, будто в каждом моллюске непременно находится жемчуг. «Ведь, — думает человек духа, святой моллюск, зараженный Словом, как жемчужиной, — вот есть же во мне этот драгоценный камень! Верно, и во всех остальных он тоже — есть!»

Как же глубоко он, несчастный, ошибается! Как жестоко ошибаемся все мы, люди духа, предполагая в наших пышущих здоровьем сородичах заразу — жемчуг.

Но разве эта наша ошибка так уж непростительна? В конце концов, мы, как и моллюски, не можем разомкнуть чужие раковины и увидеть в них потрясающее, звонкое, здоровое отсутствие самого ценного — отравляющей жизнь несчастных зараженных моллюсков жемчужины, духа.

Но если жемчужина ценится человеком, существом высшим, нежели моллюск, как несравненная драгоценность, — то кто оценит наш с вами дух?

Где взяться тому высшему, кто скажет нам: «Ты прожил свою жизнь недаром, и пока все остальные моллюски были лишь живыми желудками, существование которых составляет одно только переваривание пищи, ты между тем вынашивал камень, которому надлежит украсить царскую корону»?

Syllabus Errorum