ЕГОР СЕННИКОВ

Live stream finished (1 hour)

Live stream started

Начинаем стрим, заходите!

https://www.youtube.com/watch?v=Ist28Iznv2c&ab_channel=EgorSennikov

Уже через час — традиционный субботний стрим на моем канале

В 18:00 Мск — снова встречаемся на стриме на моем канале. Поболтаем о текстах, которые больше всего впечатлили за последнюю пару недель, расскажу об истории французского барона, который успел за свою жизнь побывать националистом, монархистом, коммунистом и породниться с советской номенклатурой, о книге Аниты Лоос «Джентльмены предпочитают блондинок» — и о том, почему читать ее весело и душеспасительно.

А потом — отвечу на ваши вопросы. И подписывайтесь на канал!

Через несколько часов — встретимся на стриме на моем канале

Напоминаю, что сегодня в в 18:00 Мск — снова встречаемся на стриме на моем канале. Поболтаем о текстах, которые больше всего впечатлили за последнюю пару недель, расскажу об истории французского барона, который успел за свою жизнь побывать националистом, монархистом, коммунистом и породниться с советской номенклатурой, о книге Аниты Лоос «Джентльмены предпочитают блондинок» — и о том, почему читать ее весело и душеспасительно.

А потом — отвечу на ваши вопросы: как те, что придут в стриме или на Donation Alerts, так и на те, что вы напишите в комментариях к этой записи: про литературу, про кино, про историю сомнительных и загадочных личностей или про что-то, что вызывало вопросы в прошлых стримах или в подкасте «Синий Бархат». Буду ждать!

И подписывайтесь на канал! Осталось немного до первой сотни, будет круто добраться до нее сегодня.

Встречаемся завтра на стриме — поговорим об аристократах, коммунистах и искусстве

Уже завтра, 24 мая в 18:00 Мск — снова встречаемся на стриме на моем канале. Поболтаем о текстах, которые больше всего впечатлили за последнюю пару недель, расскажу об истории французского барона, который успел за свою жизнь побывать националистом, монархистом, коммунистом и породниться с советской номенклатурой, о книге Аниты Лоос «Джентльмены предпочитают блондинок» — и о том, почему читать ее весело и душеспасительно.

А потом — отвечу на ваши вопросы: как те, что придут в стриме или на Donation Alerts, так и на те, что вы напишите в комментариях к этой записи: про литературу, про кино, про историю сомнительных и загадочных личностей или про что-то, что вызывало вопросы в прошлых стримах или в подкасте «Синий Бархат». Буду ждать!

Как обычно, стрим буду дублировать здесь в телеграме — но только звук.

И отдельно прошу — подписывайтесь на мой канал; хочется, чтобы больше людей могло прийти и послушать интересных историй!

Опасно!

Осенью прошлого года мне позвонила Арина Бородина (@arinab1973) и рассказала, что случайно нашла у себя кассеты с записью интервью Лимонова, которое взяла в 1995 году — и с тех пор оно нигде не публиковалось. Как думаете — спросила Арина — кому сейчас оно может пригодиться? Я несколько растерялся, но обещал подумать. Через пару месяцев Таня Соловьева, главный редактор издательства «Альпина.Проза», рассказала, что в архиве Синявского в Стэнфорде внезапно нашли роман «Москва майская», который сам Лимонов считал безвозвратно утерянным — и «Альпина» будет ее издавать. Пазл сложился. Сегодня книжка наконец вышла в свет (в электронном виде — на Яндекс Книгах), а мы публикуем интервью, которое ждало своего часа почти тридцать лет. Отдельно рекомендую оригинальную аудиозапись (она под картинкой с теми самыми кассетами): Лимонов там неожиданно мягкий, спокойный, даже нежный. Впереди еще четверть века, в которые уместилось столько всего — сталинбериягулаг, арест и тюрьма, стратегия-31, площадь Революции, русская весна — а он как будто подводит итоги. И про московских мэтров, о которых много в романе, тут тоже есть. Читайте, слушайте — это уже история.

О свободе и эмиграции

Мне довелось повидать различные эмиграции - левые и правые, богатые и нищие, уверенные в себе и растерянные; видел я и русских, и немцев, и испанцев, и французов. Одни эмигранты вздыхали о прошлом, другие жили будущим. Но есть нечто общее между эмигрантами различных толков, различных национальностей, различных эпох: отталкивание от чужбины, где они очутились не по своей воле, обостренная тоска по родине, потребность жить в тесном кругу соотечественников и вытекающие отсюда неизбежные распри.

Старый большевик А. С. Шаповалов попал в эмиграцию после революции 1905 года; он рассказывает, как возмущались его товарищи бельгийскими нравами: «Ну ее к черту, эту Бельгию с ее хваленой свободой!.. Оказывается, что здесь не смей после десяти часов вечера в своей же комнате ни ходить в сапогах, ни петь, ни кричать». Задолго до этого Герцен, описывая эмиграцию в Лондоне, говорил, что «француз не может примириться с «рабством», по которому трактиры заперты в воскресенье».

Илья Эренбург, «Люди, годы, жизнь»

По старой доброй традиции мы подготовили для вас подборку каналов — и в ней вы наверняка найдете что-то для себя: подкасты, лонгриды, саркастические заметки, интересные факты и просто гуманитарные мемы.

Лучшее чтение на лето из возможных!

Для вашего удобства всех их мы собрали в одну папку, которую достаточно добавить к себе, чтобы всегда оставаться с историей на «ты».

Как это работает:
— Кликаете на гиперссылку
— Нажимаете "Добавить папку"

О возвращении имен, подонках, крокодилах и «Смертяшкиных»

Есть имена, которые исчезают не потому, что забыты, а потому что их целенаправленно вытравили. Имя Марины Цветаевой — одно из таких. Вырезанное из газет, не вписанное в учебники, лишенное портретов на стендах. Оно было, но как будто не для всех. Память о Цветаевой в Москве 1930-1940-х была такой же тихой, как шепот в библиотеке. Оно существовало в неофициальном слое культуры — там, где еще оставались зоны несогласованности, где сохранялась серая зону между государственной и человеческой памятью. Но в советской публичной сфере имя Цветаевой было исключено. Не запрещено — это было бы проще. Оно было исключено методично, равнодушно, через молчание.

А если и вспоминали, то в издевке над эмигрантской поэзии. Был один такой возвращенец, который в начале 1930-х перебрался в СССР, стал литературным критиком, а на деле устремился к пуле.

После смерти Сталина началась долгая, унизительная работа по возвращению. Не героическая, не торжественная — бумажная, сложносочинённая, выверенная по градусу дозволенного. За это возвращение боролись живые люди: дочь, друзья, те, кто ещё хранил верность её строкам.

Один из тех, кто вернул ее имя — Илья Эренбург. Он всё делал осторожно — но даже осторожность требовала мужества. Он понимал, как звучит Цветаева, понимал, что делает, и потому его за это били. Не запретами — а издевкой, кривой усмешкой, фельетонами, где важнее не что сказано, а как: с намёком, с подлостью, с отвращением.

Но все получилось. А как?

Об этом рассказываю здесь. Здесь и фельетоны Крокодила, и злой реэмигрант, и едкая травля, и тяжело вздыхающая Ахматова.

https://teletype.in/@sennikov/yco72ko9weg

Свободная Грузия. — 1991. — 17 мая. (№ 85). — Тбилиси.

Михаил Зощенко разоблачает американскую военщину в "Крокодиле", 1952 год

О постсоветской татуировке

Первая Российская тату-конвенция, организованная нью-йоркским художником и тату-мастером Кириллом Данелия, прошла 28–29 апреля 1995 года в московском ночном клубе «Эрмитаж». В ней приняли участие более тридцати мастеров из США, Канады, Европы и Новой Зеландии. Среди гостей были многие из самых известных западных тату-художников: Лайл Таттл из Сан-Франциско — изобретатель новых тату-технологий и основатель крупнейшего в мире тату-музея; Шотси Горман и Джек Руди — условно «крёстные отцы» американского тату-искусства с Восточного и Западного побережий соответственно; Дэвид Юркью, организатор первой в истории тату-конвенции, прошедшей в январе 1976 года в отеле Sheraton Astrodome в Хьюстоне; Хэнки Пэнки — самый известный голландский тату-мастер, владелец тату-музея в Амстердаме; а также Франк Вебер из берлинского отделения Hells Angels.

Среди известных российских мастеров были Елена Столяренко и Сергей Павлов, а также представители тату-субкультуры, которых принято называть исключительно по прозвищам: Череп, Кредит, Мышь, Литва (Андрей Литвинов) и Маврик (Маврикий Слепнёв).

Конвенция проходила при поддержке российской инвестиционно-консалтинговой компании STAFF, звукозаписывающего лейбла GALA Records и «братства рокеров» — они же частные телохранители — Ночные Волки. Музыкальная программа включала выступления Константина Кинчева («Алиса»), Гарика Сукачёва («Бригада С»), Александра Скляра («Ва-Банкъ») и группы «Каспар Хаузер». В публике можно было увидеть весь московский бомонд — от молодого режиссёра Андрея И. (фильм Конструктор красного цвета) до лидера Ночных Волков, более известного под обнадёживающим прозвищем «Хирург».

Как показало мероприятие, российская тату-индустрия пока не достигла того уровня экономического развития и социальной легитимации, который позволил бы ей занять место среди других новых, постперестроечных бизнесов. Однако субкультуре помогает выживать старинная русская традиция устной передачи информации, заменяющая рекламу. Тату-мастера, находящиеся по всему миру в пограничном положении по отношению к обществу, одновременно бережно оберегают и щедро передают друг другу материалы, оборудование и знания — внутри рамок признанной субкультуры. Сплочённость сообщества частично компенсирует пока ещё скромный поток клиентов, пришедших «с улицы». При этом развивается прибыльное направление — косметическая татуировка: контур губ, стрелки на веках и т.п.

Один из московских салонов, Tattoo Fan Club Владимира Карелова, оформлен в байкерском стиле и находится в жилом доме по адресу Мещанская, 9-14. Здесь работают молодые мастера, такие как Литва, специализирующийся на тату огромного размера, и Михаил Юров. В отличие от большинства салонов, где есть «табу» на определённые изображения, Tattoo Fan Club запрещает лишь татуировки на половых органах. Свастики не вызывают проблем; пирсинг делают по вторникам. В планах клуба — открыть филиалы в Ялте и Кишинёве.

Единственным успешным тату-бизнесом с уличной витриной в Москве является салон Три Кита на улице Адельманова, 3. Здесь работают такие мастера, как Олень (Михаил Сычёв), Олег Машинцев, Алексей Минашкин и Кисель (Павел Калинин). Три Кита — самый «западный» по стандартам салон в городе, соответствующий нормам APT (Ассоциации профессиональных тату-мастеров) по гигиене: одноразовые иглы, перчатки, автоклав.

Популярные татуировки посткоммунистического периода хорошо знакомы западным мастерам: китайские драконы, скорпионы, черепа, ящерицы, тигры и пантеры с оскалом, добрые львы. Но встречаются и архаичные, традиционно русские символы: белый сокол (воплощение языческого бога Рода), колесо Велеса (тоже из дохристианской Руси), Симаргл — полуптица-полуволк (или пёс), уносящий души павших воинов, а также древние скифские и русские орнаменты. Несмотря на продолжающийся спрос на свастики, ни Христос, ни изображения женщин сейчас не в моде: как объяснили автору, на Христа у новой аудитории нет времени, а женские фигуры всё ещё ассоциируются с принудительной гомосексуальностью.

Цитата по Condee, Nancy. "Body graphics: tattooing the fall of communis

Channel photo updated

Узнал от работавшего в Греции коллеги, что в разговорном новогреческом ваш высокий уровень владения языком могут оценить фразой τα μιλάει φαρσί (та милаи фарси), в чём-то близкой нашему "шпрехать".

Как пишут, такая идиома — очевидный пережиток османской эпохи, когда владение персидским (фарси) считалось маркером образованности и высокой культуры вплоть до Балкан.

Ваш утренний оффтоп.

Начинаем стрим — заходите по ссылке, устраивайтесь поудобнее и готовьте вопросы!

В этот раз дублировать в телеге не получится, не взыщите — пока не научился отдавать гостевой стрим в Телеграм.

https://youtube.com/live/TRGVcMJhWBA

Остался час до стрима — поговорим про Турцию и об имперском наследии

Напоминаю, что в 18:00 Мск встречаемся на стриме — поговорим с Андреем Рыженковым о том, как Турция попрощалась со своей империей, чем Турция Ататюрка похожа на Османскую империю и чем отличается от нее, я задам глупые вопросов о турецком имперском наследии, политическом устройстве и поворотах турецкой истории ХХ века.

Приготовились!

https://youtube.com/live/TRGVcMJhWBA

Через несколько часов — говорим с гостем на стриме о Турции, имперской тоске и изобретении языка

Сегодня в 18:00 Мск встречаемся на стриме (внимание, ссылка новая — пришлось пересоздать) — и на этот раз я буду не один. В новом стриме моим гостем станет востоковед-турколог и мой большой друг Андрей Рыженков. Вместе мы отправимся в увлекательное интеллектуальное путешествие по Турции — стране, чья история кажется нам знакомой и загадочной одновременно.

Поговорим о том, как Турция попрощалась со своей империей, чем Турция Ататюрка похожа на Османскую империю и чем отличается от нее, я задам глупые вопросов о турецком имперском наследии, политическом устройстве и поворотах турецкой истории ХХ века. И задам вопросы, которые напишете вы — так что оставляйте их в комментариях или готовьте к субботе.

И прошу — подписывайтесь на канал, это и правда оказалось и очень важно, и очень мотивирующе. Надеюсь, что обойдемся сегодня без технических проблем и срывов, но если что — будем на связи,

https://youtube.com/live/TRGVcMJhWBA

9 мая 1945 года

Анатолий Троицких, 20 лет: Объявили, что война закончена. День Победы встретили в городе Гермц. Отметили, как водится, по-русски. Мы победили!

Татьяна Матвеева, 26 лет: Я проснулась раньше всех и принялась будить народ. Все проснулись. Засветились окна, многие выбежали на улицу с пением, музыкой. Сегодня у всех на лицах отражено какое-то идущее изнутри сияние. Некоторые стараются смотреть серьезно — неудобно же улыбаться вовсю ширь на улице самому себе, но улыбка все же пробивается.

Сергей Тяжельников, 20 лет: Когда проезжали по Новоулицке (Новой улице), нас остановил солдат — артиллерист. Капитан Горбатый вылез из кабины и спросил:
— В чем дело?

Солдат подошел к нашей машине и громко крикнул:

— Товарищи, война кончилась!

Мы соскочили с машины и давай солдата — артиллериста качать.

Еще вчера гремел бой за город Оломоуц, еще вчера гибли солдаты, а сегодня — войне конец. Верилось в это с трудом.

Лиа Малявина, 31 год: Сегодня 4-й день Пасхи. Ночью, в 3.30 утра, меня разбудила Люда по своим делам. Едва светало. Она легла, а я встала попить. Трансляция играет марш. Я думала, 6 утра. Вдруг по радио сказали: «Внимание! Полная безоговорочная капитуляция Германии!» Война окончена!

Василий Белохин, 31 год: Слово «победа» застала нас в одном Белорусском селе где при сельском совете имелось радио и было получено данное сообщение и дополнительное указание с района «Немедленно провести митинги». После митинга, где и мы участвовали, выпили по 5 гр[аммов] и поехали дальше.

Василий Цымбал, 39 лет: Часу в третьем ночи разнеслась весть о том, что Германия полностью капитулировала и война окончилась. Кругом началась стрельба, не только на станции Инстербург, но и в окружающих районах. Стреляли зенитки перекрестным огнем трассирующими снарядами.

Аркадий Первенцев, 40 лет: Схлынуло настроение, напряжение, почувствовалась та усталость, которая накоплялась за четыре военных года. Как будто вновь открылись все раны. Ехали по улице после возлияния, после каких-то задушевных и чистых разговоров с Галочкой Князевой, и вспоминал, невольно глядя на эти флаги, Матросова, бросившегося на дот, Сипягина и его новороссийскую могилу, оторванные ноги Вадима Собко и Славы Гаври, Сашу Полозова и многих погибших за эти красные флаги, которые вывешены сегодня на зданиях: Генерального штаба, кино, домов. Сидел неподвижный Гоголь, где-то угадывался Пушкин, рассвет, и чистое небо, и только с востока ползла какая-то косая и быстрая туча, похожая на дым пожарищ…

Александра Михалева, 20 лет: У нас в лагере устроили митинг по случаю капитуляции Германии. Этот день будет праздник «победы над фашизмом». Теперь мы сможем вернуться на Родину. Неужели в скором времени я смогу увидеть моих дорогих родных? Живы ли мои дорогие, что с вами?

Петр Пустовойт, 27 лет: Я был в Бреслау. Никогда не забуду этого дня. Город весь был разбит. Таких огромных воронок от бомб, как в Бреслау, я нигде во время войны не видел. Был солнечный день... Наша колонна остановилась в самом центре города. Водители ушли обедать. Я сильно устал и решил отдохнуть. Лучше всего это можно было сделать под нашим «Студебеккером», постелив шинель, а вместо подушки используя походную сумку. Я быстро уснул. Разбудил меня крик 15-летнего паренька, одетого в военную форму: «Товарищ старший лейтенант, война кончилась, а вы спите!» До моего сознания смысл этих слов дошел не сразу. Но через несколько секунд весть эта обожгла меня... Вот оно, наконец, долгожданное мгновение! Я выскочил из-под машины и обнял юношу, который оказался музыкантом из фронтового оркестра, сделавшего краткую остановку здесь же, в Бреслау.

Михаил Пришвин, 72 года: После она мне говорила о том, что ее возмущает народная радость, что надо плакать, а не радоваться. — Нет, — возражал я, — хороший человек, услыхав о конце войны, непременно должен радоваться: ведь миллионы жен, отцов, сестер сейчас радуются безумно тому, что их близкие теперь останутся в живых.

— А кто же подумает о мертвых?

— Мы же потом и о мертвых подумаем.



Все цитаты — по материалам корпуса “Прожито”