В феврале 1781 года весь Париж гудел. Поводом для бесконечных пересудов на улицах, рынках и в кафе стал финансовый отчет — как будто бы не самый очевидный предмет для очень широкого обсуждения. Но для парижан того времени это была настоящая информационная бомба — министр финансов Жак Неккер выпустил Compte rendu au roi («Отчёт королю») в котором раскрыл один из самых больших секретов французской монархии.

Финансы, конечно же.

По сути это опубликованный публично бюджет; доклад о расходах и доходах старого режима. Веками эта тайна строго охранялась — так что и сам монарх мог не очень представлять сколько у него есть денег, откуда они берутся и куда уходят. Здесь же был непросто проведен расчет, но и представлен публике. Финансовый отчет разлетелся тиражом в 20 тысяч экземпляров; публика судачила о размерах пенсий любовницам короля, о том, как церковь получает большие доходы, не облагаемые налогом и о том как широко живут некоторые французские дворяне. Впрочем, в этом разоблачении тайны было немало белых пятен - отчет, конечно, был неполным и многие расходы в нем намеренно не были учтены.

Такое, конечно, при дворе Неккеру многие были не готовы простить. Против него сложилась коалиция, ему пришлось подать в отставку. Но семена раскола были посеяны на благодатную почву. Неккер завоевал репутацию честного народного политика — и в конце того же десятилетия монарху придется его вновь назначить министром; второе увольнение Неккера в 1789 станет одним из поводов для штурма Бастилии.

Тайны и власть — вещи тесно связанные. Власть любит оперировать в тишине, без лишней огласки — даже если речь идет о самом демократическом режиме, какой только можно представить. И в этом смысле демократические президенты не так уж далеко ушли от монархов старого образца, как многим из нас сегодня кажется.

Я смотрю на фотографию Пола Ватиса, сделанную 22 апреля 1961 года. И у меня от нее двойственные чувства.

Двое мужчин — постарше и помоложе, — идут по мощенной дорожке в лысом лесу. Кто они? О чем они говорят? Это отец и сын? А почему мы не видим их лиц? Что происходит? Тайна.

Но за ее завесу можно проникнуть. Фотография сделана в Кэмп-Дэвиде, одной из резиденций президента США. Собственно, на фотографии их два — слева молодой Джон Кеннеди, только избравшийся на этот пост, а справа — Эйзенхауэр, его предшественник, чей вице-президент Никсон проиграл сражение молодому демократу. Они встретились в тот момент, когда США терпели острое и неприятное для них поражение на внешнеполитической арене — вторжение в заливе Свиней, планировавшееся еще при Эйзенхауэре, и затеянное для свержения Фиделя Кастро, пошло не по плану. Операция провалилась — и молодой президент захотел посоветоваться со старым. А фотограф Пол Ватис, снимавший встречу, успел сделать этот снимок, когда репортеров уже попросили убрать камеры — он присел вниз и снял президентов между ног охранника.

Фото вошло в историю под названием «Серьезные шаги» — а Ватиса за него наградили Пулитцером.

И когда смотришь на фото, то понимаешь и то, что Ватис хотел показать — и что показал, кажется, помимо желания. Перед нами довольно сентиментальная сцена: фото действительно заставляет думать о почти семейных отношениях между лидерами, чувствовать вес и ответственность решений, лежащих на их плечах, а голый лес и кривая дорожка добавляет мрачности и напряженности атмосфере. Но это на первый взгляд. А на второй…

Мы знаем, кто эти люди. Знаем, почему они встретились. Можем прочитать отчёты, воспоминания и документы. Но ни один из них не объяснит нам, что именно чувствовали эти двое, пока шли по дорожке. И если мы после документов решим, что понимаем и знаем все, что тогда обсуждалось, то ошибемся.

Нет, мы не знаем. И никогда не узнаем. Как не узнаем и окончательного ответа на вопрос о причинах убийства Кеннеди. И о заговорах, которые обсуждаются в тихих загородных резиденциях. И о том, как можно остановившись на такой дорожке, прислушаться к пению птицы — и понять, что нужно делать.

Перед нами тайна власти — и никакому Неккеру не удастся ее разоблачить полностью.

#сенников #коврик_у_кенотафа