Топ-10 городов по частоте упоминания в (неполном) списке членов партии РСДРП из дел Владивостокского охранного отделения, который хранится в Государственном архиве Хабаровского края (ГАХК. Ф. И-30. Оп. 1. Д. 1).

Очевидные минусы использованного источника — он неполный. В ГАХКе хранятся дела приморцев-членов РСДРП только за период 1912-1913 годов и то, очевидно, не все. К тому же, далеко не все из них были членами РСДРП. Так как партийные организации на Дальнем Востоке были очень слабо развиты, то один и тот же человек мог в разные годы прибиться к социал-демократам, потом уйти к эсерам, а оттуда к анархистам, и потом опять к эсерам и далее ещё сколько-то итераций.

Очевидный плюс — не сказал бы, что сохранившиеся дела являются прям случайной выборкой, но какое-то представление о происходившем они всё же дают и можно делать из них какие-то выводы.

Вот здесь я решил поиграться с следующей мыслью — несмотря на всю успешную работу охранки в регионе, какое-то количество революционных активистов в Приморской и Амурской областях оставалось, они разъезжали по стране, с кем-то поддерживали связи и контакты. Соответственно, подсчитав упоминания различных топонимов, можно сделать какие-то общие выводы о жандармско-революционной географии региона.

Итак. В списке наиболее часто встречаемых городов на первом месте идёт Владивосток, сразу после него Харбин и Нагасаки, как главные гнёзда революции на Дальнем Востоке. Тут, в принципе, надо учитывать, что Владивосток, Благовещенск, Никольск-Уссурийский и Хабаровск, как города, где действовало охранное отделение и розыскные пункты, будут упоминаться в материалах охранки часто, поэтому следующим шагом я просто «вычистил» все их упоминания из списка.

Получилось второе изображение, по которому видно, что из топ-10 городов 5 составляют иностранные. На первом месте Нагасаки, где действовали некоторое время местные комитеты РСДРП и ПСР, на последнем месте Париж, откуда какое-то время выписывали соцдем-газеты. В Харбине, из-за железнодорожных мастерских и большего либерализма местных властей, активно велась агитация среди рабочих, в Шанхай и Манилу перебрались отдельные товарищи, после удушения эмигрантских организаций в Нагасаки. Кстати, именно с Нагасаки связаны две установленные поездки владивостокских жандармов — в марте 1908 туда выехал помощник начальника отделения ротмистр Александр Стахурский, а в июне начальник отделения ротмистр Илларион Хуциев. Проверяли агентуру, собирали данные, а Хуциев ещё поговорил с японскими коллегами.

С русскими городами интересно, что единственный, не находящийся в Сибири — это столичный Санкт-Петербург. Получается, что местные революционеры имели больше связей с внешним миром, в лице русской политической эмиграции, чем с коллегами по революционному цеху к западу от Урала.

Выходит, что географически периферийное Приамурье было центром небольшого мира, состоявшего из сибирских и зарубежных городов в большей степени, чем из центральнороссийских. По крайней мере, для революционеров и следивших за ними жандармов.

Ну, вот так как-то. Следующий шаг — переписать все оставшиеся сведения агентурных донесений и также посчитать частоту упоминания различных топонимов, но уже на большем количестве текстов.

#Владивосток #Жандармы