Плата за силу: Диккенс, горе и слабость

Прошлой осенью Сергей Простаков поделился на «Кенотафе» своей рецензией на первый сезон сериала HBO «Больница Питт», назвав его одой профессионализму, стоицизму и умению делать то, что должно. Резидент «Кенотафа» Егор Сенников рассказывает о втором сезоне сериала, который подхватывает идеи у первого, но ведет их в другом направлении.

Диккенсовский.

Это слово первым приходит на ум, когда размышляешь о том, что общего можно найти у лучших сериалов, созданных HBO за последнюю четверть века. «Клан Сопрано» и «Прослушка», «Настоящий детектив» и «Наследники» — все это не столько даже сериалы, сколько большие романы-высказывания о мире, в котором мы живем. При этом, в каждом из этих серьезных и глубоких высказываний создается и свой убедительный мир, в который нам легко поверить: мы понимаем как здесь живут богатые и бедные, как пахнет дешевая еда и каким одеколоном надушен швейцар у дверей дорогой гостиницы, как здесь себя ведут глупые и умные, красивые и уродливые, худые и толстые, отчаявшиеся и неисправимые оптимисты.

Судьбы этих людей переплетены тем удивительным и странным миром, в котором они живут. Диккенс в «Холодном доме» связывает линии жизни разных людей Канцлерским судом — здесь решается их будущее; перед глазами судей — и нашими, — проходит вереница типажей, каждый из которых дает нам представление о том, как устроено общество Викторианской Англии.

Здесь же фундаментом мира сделано отделение скорой помощи в Питтсбургской больнице. Результатом стала «Больница Питт» — главный сериал эпохи катастроф, которую мы все сейчас проживаем.

Метод рассказа, который был найден и сочтен удачным в первом сезоне, используется во втором — мы постоянно едем на американских горках ощущений. Нас бросает то в ужас, то в холод, то в жар, иногда успевая усмехаться, но в основном сдерживаясь от слез. Мы ведь так и живем в последние годы: держимся за ремни безопасности и надеемся, что на следующем повороте нас не выбросит за борт. Так и герои «Питта», стиснув зубы, делают свою невероятную — и, при этом рутинную, — работу, стараясь не сойти с ума и не выпасть из реальности.

Вот на эти стиснутые зубы и решили обратить внимание создатели сериала.

Первый сезон был действительно одой труду — умению оставаться профессионалом перед лицом неприятных вызовов и боли; невероятной способности собраться в единый коллектив и справиться с бурей. Второй сезон выясняет — а какова цена этого преодоления? Какие раны оно оставляет в душе?

Глубокие. Возможно, незаживающие.

Каждый из героев первого сезона во втором оказывается настолько травмированным, что того и гляди сорвется. Морально-волевые качества, дух, сила — называйте как хотите, — не бесконечный ресурс; он имеет свойство истощаться. И тогда вам придется еще тяжелее, чем в момент кризиса. И ваша ментальная оборона, как и писал Элиот, начнет погибать — не со взрывом, а с всхлипом.

Конечно, «Питт» — в первую очередь сериал о состоянии Америки здесь и сейчас. На этих койках лежат левые, правые, сюда приходят агенты ICE, здесь накокаиненные богачи соседствуют с пожилым алкоголиком, а реконструкторы в одеждах XVIII века могут поднять с пола кепку MAGA, а сын иммигрантов с Гаити лежит рядом с чернокожим атлетом. И каждый из них обозначает одну из тех линий разлома, которые раскалывают американское общество прямо сегодня — или собирают его заново вокруг новых проблем.

Но, конечно, это и сериал о каждом из нас — если смотреть поверх сугубо американских проблем. Это нас сдувает ветер истории, это мы идем через хаос, путаницу, абсурд и смерть, страшное и странное, стараясь не растерять последние капли рассудка и веры в себя. Горе впечатывается в нас, оставляет свой радиационный фон, травит душу.

Но поддаваться ему не надо. В бушующем море еще остались места - тоже не спокойные, но способные сопротивляться катастрофе. Конечно, сохранять внутренний стержень бесплатно не получится.

Но тогда на помощь вам придут слезы – и станет чуть лучше. Горя они не отменят, но дадут вам короткую передышку.

Сейчас и этого достаточно.

#сенников #рецензии_на_кенотафе