Сергей Карпов — журналист, антрополог, фотограф, основатель проекта «Поле» и человек, который умеет правильно задавать вопросы. Уже несколько недель на «Поле» выкладываются материалы, относящиеся к проекту «Дом». Которые, вроде бы, должны дать ответ на вопрос «вы сейчас где?».
Вопрос не настолько абстрактный, как может показаться — за последние годы «дом» для миллионов людей стал понятием призрачным, ускользающим, мерцающим. Сергей Карпов и его коллеги попытались сделать его чуть более осязаемым, но, в итоге, вопросов стало только больше.
Покинув Россию, Сергей, транзитом через Тбилиси, оказался в немецком Майнце, где оказался вместе с семьей в контейнере для беженцев. В телеграм-канале «Карпов, зачем?» он вел дневник о своей жизни — то копаясь в своих ощущениях, то описывая соседей, то размышляя о том, что говорят близкие и друзья. Это автобиографическое расследование теперь кажется прологом к исследованию о том, что такое дом и где пролегают его границы.
Где же? Об этом я поговорил с самим Сергеем — и предлагаю всем прочитать нашу беседу:
Мне было важно отрефлексировать этот опыт в каком-то виде с человеком, который бы понимал, про что я говорю. Это странная вещь, довольно трудно передать словами — в языке их очень мало. Ну есть слово «травма», например. Мы произносим слово «травма» как будто… Как будто это наш надёжный щит, и мы точно знаем, о чём мы говорим, когда мы произносим это слово «травма». Но на самом-то деле за словом «травма» лежит бездна непознанного, к чему мы просто даже не знаем, как обращаться.
Когда ты начинаешь всерьез размышлять о том, что ты имеешь в виду, говоря про травму, то понимаешь, что даже слов нормальных не подобрать… Я это чувствую, но у меня нету речи, чтобы это описать. И, ну, мне было важно найти эту речь, как-то её просто формулировать самому себе.