Скромное обаяние эмпирического исследования

Я не перечитывал главную работу Моники Краузе с тех пор, как писал на нее краткий обзор. Перечитал сейчас и понял, что книгу можно читать под особым углом: как апологию кропотливой эмпирической работы в общественных и гуманитарных науках и заодно критику теоретических дискурсов, которые постоянно отодвигают реальный ричерч в сторону. Краузе выделяет два набора институтов, которые виновны в воспроизводстве теоретического фетишизма.

Во-первых, индустрия приложений. Берется категориальный аппарат известного теоретика и прикладывается к какому угодно современному феномену: видео-блоггер как харизматический лидер, ИИ как культурная индустрия, дейтинг-приложения как паноптикон… В итоге проблема не только в том, что специфика нашего объекта исследования уходит на двадцать пятый план и уступает место модной дискурсивной обертке. Главная проблема в том, что мы забываем: наш любимый теоретик в Германии 1920-х или Франции 1960-х писал не про все на свете, а тоже про вполне конкретный объект, язык описания для которого был выстрадан. Только для нас он стал псевдоуниверсальной абстракцией, растиражированной по академическому миру.

Во-вторых, известный нам еще с СССР институт критики буржуазной мысли, который Краузе обнаруживает почти в любой стране и называет амбассадорством. Амбассадорам интересны уже не столько главные концептуальные ходы теоретика, сколько он сам как святая фигура, которую разбирают с разных сторон и превращают в объект исследования. В ход идут его малоизвестные работы, затем переписка, затем воспоминания современников. Все это обрастает массой диссертаций, предисловий и публичных лекций, зацикленных на большом имени. Сегодня существуют журналы Max Weber Studies, Journal of Adorno Studies, Foucault Studies… Все эти ребята, возможно, крутятся в гробу, от того, как как рутинировались их задумки.

Конечно, пафос Краузе совсем не в том, что теория не нужна и что ей не надо заниматься. Речь о другом: теория часто пленяет нас настолько, что мы забываем, что она всего лишь одна из составляющих исследования. Особенно теоретический фетишизм процветает в полупериферийных академиях, где сами эмпирические объекты по разным причинам кажутся никому неинтересными. Если успеем, сегодня вечером поговорим и про это.