Дебаты с моими коллегами Павлом Алферовым и Андреем Шапенко на тему «русской модели управления» получились жаркими. Для меня это был важный ценностный спор, который обнажил скорее различия между нами в понимании менеджмента и лидерства как науки. Попробую резюмировать проблемы этой дискуссии (с приглашением оппонентов) и отвечу на мифологемы, прозвучавшие вчера.

1. «Существует национальная модель управления». Мы живем в мульти-культурном мире и стране. Когда на уровне фольклора люди говорят об «американской модели управления» - это простительно. Когда это всерьез привносится в студенческую аудиторию – это не гуд. Брать многонациональную Страну, затем сводить ее к Одной культуре, а потом делать вывод, что этой стране присущ Один стиль управления – это большое недоразумение.

2. «Русская модель управления существует». Что это значит? Значит ли это, что есть универсальная модель управления, наиболее эффективная в данной стране? Или это значит, что есть некий аутентичный стиль, который русские проносят через века? (оппоненты делали ссылки аж на Петра I). Или это наиболее доминирующий стиль в России? Или это про то, что у «русского управленца» есть определенный набор поведенческих черт? Удивительно, но вчера звучали все четыре идеи: 1) да, так оно работает у нас по сложившимся культурной специфике, 2) да, это аутентично, 3) да, это доминирующая в стране модель, 4) и да, у наших управленцев есть отличительные черты поведения.

Стоит ли говорить, что за этим 0 сравнительных исследований - эффективности разных моделей, поколенческих срезов, данных статистики о «доминировании» хоть какой-то (не только «русской») модели в России и, тем более, отличительности поведения «русских руководителей». Это просто спекуляции. Ну и вчера оппонеты не ответили нам ясно (как впрочем почти на все вопросы): готовы ли они преподавать «русскую модель» как нормативную - как нужно управлять в России.


3. «Но есть же множество работ по “российскому менеджменту”». Не стоит вводить людей в заблуждение и не стоит самим путать: «исследование на выборке российских менеджеров» (они ведутся) и утверждение «в России есть преобладающая "русская модель"». По вариациям ключевых слов по "русской модели менеждмента" в международной научной базе Scopus мы найдем 2 работы - обе автора понятия, Александра Прохорова. Их индекс цитирования их - 0. Это всё, что нужно знать о "научности" понятия - кроме самого автора оно никому в науке больше не понадобилось за 20 лет.

4. «Русская модель описывает преобладающую в стране модель». А как быть с отличиями управления в России: в зависимости от возраста, отрасли, региона, размера бизнеса, зрелости компании, личностных черт лидеров организаций и многих-многих переменных, которые сто лет уже исследует наука менеджмент?

Вы правда готовы утверждать, что нет различий в управлении предпринимателей и корпоратов в России и оно описывается Одной «русской моделью»? Неужели стиль ребят из стартапов и управленцев из госкорпораций не отличается? Неужели стиль 20-летних ребят, быстрых, демократичных, инновационных – не отличается от стиля 40-летних, выросших в суровые 90-е, и стиля 60+, работавших еще в советских организациях? А как быть с гендерными различиями – женщины тоже описываются «русской моделью»? А что управление в Татарстане, в Дагестане, и Якутии – тоже не отличается и описывается Одним «русским стилем»?

5. «А что шкалы Хофстеде – не наука?». По его данным американцы – жуткие индивидуалисты, а южнокорейцы – крайние коллективисты. Свежее объемное исследование по странам показывает, что они не настолько отличны. У Хофстеде расстояние между ними составляет 93.6 пункта, тогда как по свежим комбинированным индексам — всего 19.5 пунктов (Akaliyski et al., 2026). На его оценки стран 1960-1970 годов предлагают ввести мараторий (Taras et al., 2010). И сейчас происходит ускорение темпов изменений культурных ценностей по всему миру.