Казачий коллаборационизм, Лиенц и Международная акция памяти и примирения

Вторая мировая война является самым неоднозначным периодом для казачьей истории, поскольку по разным оценкам от 20 до 100 тысяч казаков, из числа эмигрантов и советских граждан, перешедших на сторону противника, воевали на стороне Германии. В начале июня 1945 г. в долине реки Дравы около австрийского Лиенца коллаборационисты из Казачьего Стана в количестве около 30 тыс. человек вместе с семьями были насильственно переданы англичанами советской власти.

Согласно Ялтинской конференции репатриации подлежали только лица, проживавшие в СССР на момент 1 сентября 1939 г., но по сообщениям очевидцев в поезда грузили всех, находившихся в лагере. Несколько сотен человек были убиты в ходе насильственной погрузки. Некоторому количеству казаков удалось бежать и скрываться в горных лесах, а часть старых эмигрантов, находившихся в других местах на момент выдачи в Лиенце, были помещены англичанами в лагере для перемещенных лиц в Пеггеце. 

Начальник Главного управления казачьих войск генерал Петр Краснов, походный атаман Казачьего Стана Тимофей Доманов, казачьи генералы вермахта Андрей Шкуро, Семен Краснов, кабардинец Султан Клыч-Гирей и немецкий генерал командующий 15-м кавалерийским казачьим корпусом Гельмут фон Паннвиц были вывезены НКВД в Москву и по приговору суда 16 января 1947 г. казнены. Остальные выданные казаки после прохождения фильтрационного лагеря были посажены в товарные вагоны и отправлены из Австрии в Кемеровскую область, где оказались в заключении в лагерях. В 1955 г. выжившие были амнистированы: граждане других государств смогли покинуть СССР и разъехаться по всему миру, «советские» же казаки либо оставались в Сибири, либо селились в родовых станицах и становились колхозниками.

Память и примирение
Первым публичным коммеморированием лиенцевской трагедии стала, организованная в мае-июне 1997 г. Союзом казаков России во главе с атаманом депутатом Госдумы А. Г. Мартыновым, Международная акция памяти и примирения на территории России, Белоруссии, Чехии, Австрии, Германии и Польши. 1997 г. – год 80-летия революции – был объявлен Президентом годом Согласия и Примирения, и казаки решили воспользоваться общим трендом, вписав в этот нарратив не только историю Гражданской войны, но и участие эмигрантов во Второй мировой войне как продолжение противостояния красных и белых, показав ужас такого деления. Общая концепция – объединение вообще всех казаков, погибших за пределами России, включая Вторую мировую и не выделяя героев ни с одной из сторон.

Бургомистр немецкого селения Гросциммер Дитер Эмиг, пожимая руку атаману Мартынову, сказал: «Впервые у могил советских военнопленных мы – немцы стоим вместе с представителями российской делегации. Это знаменательное событие будет иметь большое значение. …Трудно даются шаги по примирению со своей историей, из которой долгое время безжалостно вымарывали целые страницы. Но народная мудрость и народная дипломатия берут свое. Хорошо, что у представителей славного казачества хватило мужества, мудрости, чтобы совершить Акцию Памяти и Примирения».

Казачьи активисты попытались начать общественную дискуссию о трагической судьбе русских эмигрантов, вставших под немецкие знамена, не называя их героями, но и не осуждая. Однако нельзя сказать, что это была успешная попытка, поскольку память о Лиенце живет только в казачьей среде, а имя атамана Краснова в российском обществе прочно ассоциируется с ярлыком коллаборационизма с резко отрицательной коннотацией. Последние же 10 лет эта тема и вовсе табуируется властью, не вписываясь в общенациональный нарратив о Великой Отечественной войне.

А казачье кладбище и часовня в Лиенце содержатся в чистоте и хорошем состоянии усилиями австрийского Черного креста и потомками эмигрантов.