​​30 августа 1940 г. состоялся Второй Венский арбитраж. Германия и Италия совместным решением вернули Венгрии территорию Северной Трансильвании.

Трансильвания, которая издревле являлась частью Венгерского королевства, была передана Румынии в 1920 г., согласно условиям Трианонского мирного договора. Дело в том, что большинство населения (а именно 54%, согласно переписи 1910 г.) там всё-таки составляли румыноязычные. Тем не менее на переданных территориях оставались проживать более 1,6 млн. мадьяр (32% от всего населения региона). Наряду с другими территориальными потерями, трансильванский вопрос распалял венгерский реваншизм на протяжении всего межвоенного периода. В 1930-х гг. режим адмирала Хорти стал тесно сотрудничать с нацистской Германией, надеясь исправить «историческую несправедливость».

Вплоть до лета 1940 г. Румыния была тесно связана с Францией. После разгрома французов румынским элитам пришлось искать нового заступника. Обратились к Гитлеру, но тот потребовал сначала решить спорные территориальные вопросы со своими союзниками из Венгрии и Болгарии. Румыны и венгры несколько раз садились за стол переговоров, которые каждый раз срывались из-за того, что венгры требовали слишком много, а румыны были готовы уступить слишком мало. В Центральной Европе запахло новой войной, чего Гитлер не желал, так как обе страны потенциально могли стать его союзниками. Поэтому Германия и Италия взяли на себя ответственность по разрешению спорного вопроса. 30 августа 1940 г. в Вене министры иностранных дел двух держав Оси – Риббентроп и Чиано, провели арбитраж, согласно которому Северная Трансильвания возвращалась Венгрии, а Южная оставалась в составе Румынии.

К Венгрии отошла территория с населением примерно в 2,5 млн. человек. И венгерские, и румынские оценки этнического и лингвистического состава населения Северной Трансильвании прямо противоречили друг другу. Естественно, венгры утверждали, что мадьяр на этих территориях больше (1,4 млн. венгров против 1 млн. румын), тогда как румыны утверждали обратное (1,3 млн. румын против 1 млн. венгров). В Южной Трансильвании, которая осталась в составе Румынии, проживали более 3,3 млн. человек, из которых венгры составляли от 350 до 500 тыс. Иными словами, решить этот конфликт так, чтобы «все остались довольны», было невозможно. Румыния и Венгрия, хоть формально и стали союзниками в рамках Оси, всё равно продолжили конфликтовать из-за статуса спорных земель.

В итоге победили румыны, так как им удалось вовремя соскочить с тонущего гитлеровского корабля. В августе 1944 г. румынский король Михай I удачно сменил сторону в войне. Венгерский диктатор Хорти попробовал провернуть тот же трюк в октябре, но у него ничего не вышло. Немцы свергли адмирала и заменили его на совсем уж марионеточное коллаборационистское правительство, так что Венгрия оставалась в сомнительном статусе союзника Гитлера до самого конца. Поэтому по итогу войны Румыния вернула себе Северную Трансильванию, а Венгрия снова сжалась до трианонских границ 1920 г.

Тем не менее венгров из Румынии никуда не депортировали. При социалистическом режиме с 1952 по 1968 гг. в Румынии даже была территориальная венгерская автономная область, но при национал-коммунисте Чаушеску её ликвидировали. В начале 1990-х гг. были вспышки межэтнического насилия, но они быстро погасли.

В современной Румынии, где венгры составляют 6% населения (1,2 млн. человек), мадьяры могут использовать свой язык в местном самоуправлении, образовании и СМИ. Единственное, на что румынские власти действительно остро реагируют – это на разговоры о восстановлении территориальной венгерской автономии. В целом, нельзя сказать, будто между Румынией и Венгрией (обе – члены НАТО и ЕС) нынче существует какой-то острый конфликт, хотя время от времени отношения двух стран действительно охлаждаются из-за неосторожных высказываний тех или иных политиков.