О перипетиях социализма в послевоенной Германии
 
Вопреки распространённому мнению, освобождение Красной армией стран Центральной и Юго-Восточной Европы от нацизма вовсе не означало установления там коммунистических диктатур сразу с 1945 г. Напротив, до конца 1940-х гг. они являлись относительно демократическими государствами, причём некоторые из них, вроде Венгрии и Румынии, были даже демократичнее довоенных режимов. Становление коммунистических диктатур проходило постепенно, шаг за шагом. Лидер венгерских коммунистов Матьяш Ракоши назвал данный процесс «тактикой салями». Власть коммунистов в Восточной Германии установилась тоже не сразу.
 
В одном из недавних постов уже говорилось, что при формировании муниципальных управлений в Восточной зоне Германии в мае – июне 1945 г. на первые роли выдвигались социал-демократы, буржуазные либералы и аполитичные технократы. Впрочем, коммунисты оставляли за собой ключевые должности руководителей кадровых отделов, отделов образования и начальников полиции. Как выразился лидер коммунистов Вальтер Ульбрихт: «Всё должно выглядеть вполне демократически, но по существу власть должна находиться в наших руках». Одновременно были распущены стихийно сформировавшиеся общественные Антифашистские комитеты, объединявшие представителей всех антинацистских партий, по причине их неконтролируемости.
 
Затем, в июне, была воссоздана Коммунистическая партия. В её Учредительном манифесте ни разу не упоминалось слово «социализм», зато содержались требования завершения буржуазной революции 1848 г., окончательного уничтожения прусского феодализма и создания многопартийной парламентской республики. Более того, один из пунктов обещал: «Совершенно беспрепятственное развитие свободной торговли и частной предпринимательской инициативы на основе частной собственности». Это выглядит особенно пикантно, учитывая, что в Западной зоне в тот же самый момент формировались две ведущие партии – Социал-демократическая и Христианско-демократический союз. Социал-демократы даже не стали пересматривать свою программу времён Веймарской республики, в которой провозглашалась конечная цель в виде построения марксистского общества. Аленская программа ХДС 1947 г. начиналась с утверждения, что «Капитализм не сумел защитить государственных и социальных интересов немецкого народа», а потому должен быть заменён «христианским социализмом». Рыночник Конрад Аденауэр лишь к 1949 г. сумел перебороть «левое» крыло ХДС. Таким образом, вышел исторический казус: получалось, что на ранних этапах своего существования Западная зона оккупации Германии собиралась строить социализм, а Советская – капитализм.
 
Впрочем, такое положение дел продолжалось недолго. В Советской зоне изначально также была создана Социал-демократическая партия, но уже в апреле 1946 г. КПГ «задушила» её в объятиях «братской любви», сформировав общую Социалистическую единую партию Германии (СЕПГ). Так, социализм вернулся в программные установки ведущей восточно-немецкой партии.
 
Однако ещё два года СЕПГ официально придерживалась так называемого «тезиса Аккермана», выдвинутого её идеологом Антоном Аккерманом, согласно которому Германия должна была идти своим собственным путём к социализму без слепого копирования опыта СССР. Лишь разрыв Восточного блока с излишне самостоятельной Югославией в 1948 г. окончательно закрепил идеологическую монополию внутри правящей партии будущей ГДР.