Что ж, ловите первый лонгрид.
Из поступившего в октябре заявления следовало, что в отношении одиннадцатилетней девочки совершены действия, квалифицируемые по п.«б» ч.4 ст.132 УК РФ. Для людей, далёких от уголовного права: речь о педофилии, которую закон относит к особо тяжким преступлениям.
Состав преступления был очевиден.
С преступником было сложнее.
На старте у следствия имелись номер WhatsApp, никнейм в Telegram и последний, весьма малосодержательный фрагмент переписки👍
Набор, прямо скажем, не для уверенного начала. Скорее для того, чтобы дело оказалось на полке с другими, приостановленными по п.1 ч.1 ст.208 УПК РФ. Но не судьба😘
Из электронных следов удалось обнаружить только видеофайл в кэше телефона. Именно он оказался главным следом для квалификации, если вы понимаете, о чём я.
WhatsApp-номер в биллинге не регистрировался. Telegram, как известно, и тогда не очень-то стремился становиться удобным собеседником российского следователя. Не то, что сейчас🏴☠️
Пришлось внимательно смотреть на мелочи🎁
На аватарке Telegram-аккаунта, кроме странного никнейма, судя по которому его владелец любил DotA💰, стояла фотография знаменитого здания японского архитектора Кисё Курокавы, которое так почитают анимешники.
Казалось бы, при чём здесь аниме и Токио?
Но иногда расследование начинается именно с таких вопросов, которые сначала кажутся совершенно идиотскими🤔
Оператор сообщил: интересующий нас номер зарегистрирован на юридическое лицо, при том номер был оформлен в день ликвидации этой самой организации, что казалось первой странностью.
Начали проверять.
Директор — номинал.
Бенефициар — к преступлению отношения не имеет.
Тупик, вроде как. Да и место на полке в архиве отдела вроде еще имеется🤔
Но при более внимательном изучении документов выяснилось: нужный номер был приобретён в Московском регионе в составе партии из тысячи SIM-карт.
Менеджер оператора, оформлявший сделку, уволился на следующий день. Вторая странность.
Данные представителя покупателя симок у оператора не сохранились.
Сам же номер для обычных звонков не использовался.
Так я впервые столкнулся с историей SIM-боксов. В те времена они ещё не были запрещены законом, но уже тогда в воздухе веял дух запрета🔞, поскольку все понимали, что их используют не всегда с чистыми помыслами.
Вместе с SIM-картой появился первый настоящий электронный след — адрес электронной почты.
На него приходили push-уведомления на эту SIM-карту из той самой партии.
По этому адресу удалось установить и данные человека, который непосредственно оформлял карты у этого оператора, то есть реального «покупателя».
Здесь, наверное, самое время сделать уточнение.
Когда я пишу: «проверили человека», это здесь звучит просто. На практике же за этим стоят оперативная работа, изощрённые комбинации, подготовка и проведение обыска, изъятие телефонов, их срочное изучение, допрос, мгновенная перепроверка полученной информации и ещё масса действий, совершенно неинтересных читателю, но занимающих огромное количество времени у следователя.🎈
И всё это ради того, чтобы в конце выяснить: нет, это не он.
В какой-то момент я уже не верил в удачу, но здесь важна идейность, преданность долгу и здоровый азарт🤝
Я чувствовал себя Шерлоком Холмсом версии 2.0😍 Конечно, без Лондона, трубки и дедукции, но зато с полномочиями российского следователя🔴, телефоном, машиной «с мигалкой»🚙, оперативниками, специалистами с UFED и кэшем браузеров.
Приходилось учиться видеть электронные следы так же хорошо, как обычные и главное - грамотно придать им доказательственное значение.
После бесконечных проверок где-то в Подмосковье мы наконец нашли физически человека, который оформил ту самую тысячу SIM-карт, среди которых был и «наш» номер.
И вот теперь вопрос читателю: Как думаете, мы нашли того, кого искали?
Пишите свои варианты в комментариях. Реально интересно почитать🤓
Правильный ответ обязательно дам, но позже, сохранив интригу.
#Истории_по_особо_важным
Лови спасательный круг⚖️ будем на одной волне