МЭТТ ЛИКАТА

Наступает момент, когда старые карты уже не работают.
Когда растворяется то, что когда-то имело смысл.
Когда распадается идентичность. Когда будущее кажется туманным.
Умирает старая мечта: о себе и о том, какой должна была быть моя жизнь, об уверенности, что именно так все и будет.

Часто именно в этот момент начинает проявляться горевание — не только по тому, что было утрачено, а по тому, что так и не было прожито.

Телу хорошо знакома эта территория. Оно несет в своих тканях непрожитую жизнь. Невыплаканные слезы. Невыраженный гнев. Желания, которые пришлось похоронить, чтобы выжить.

И когда эти слои начинают размягчаться, мы можем быть дезориентированы и даже напуганы. Нас всегда учили бежать из таких мест — исправлять, прорабатывать, превосходить. Но ведь именно в этих местах пытается проявиться нечто сущностно важное.

Боль, дрожь, ощущение незнания — не признаки поражения. Это признак того, что психика реорганизуется вокруг своей правды.

Это проявления союзника, ранние знаки эмиссаров целостности, которые стремятся к перестраиванию.

Это горе как инициация. Не патология. Не разрушение.

Это точка входа.

Войти в эту дверь — дело любви, дикой, безудержной любви, которая говорит: «Моя жизнь важна. Я важен, и важно то, что значимо для меня».

Произносить эту молитву телом, позволяя её расходиться кругами по воде, позволяя ей перестраивать все.

Отпускать фантазию о том, что когда-нибудь мы наконец «придем» к любви — понимая своим телом, своими тканями, своими фасциями, своей душой, что любовь уже перестраивает нас.

(перевела Наташа Пресс, вспоминая произнесенной подругой в практике слово «печаль»).