Духовный авторитет: подлинный и поддельный

Джон Уэлвуд

Хорошие учителя ведут себя совершенно по-разному. Одни излучают праведность и чистоту, другие действуют необузданно и провокационно, а третьи настолько заурядны, что почти не выделяются из толпы. Не получится создать идеальную модель поведения истинного духовного учителя, как нельзя выделить один образцовый стиль терапии, на который должны равняться остальные. Карл Роджерс, Фриц Перлз и Милтон Эриксон, например, достигали результатов в терапии удивительно разными способами. Они имели разный тип личности, по-разному работали, и, вероятно, их терапия подходит разным типам клиентов. Также существует и множество форм и обличий духовного учительства, и бесполезно пытаться определить, как именно поступает хороший гуру.
Скорее, здесь требуется более тонкий анализ, который поможет понять, что происходит между учителем и учеником. В этом отношении особенно важно исследовать два вопроса: как действует духовный авторитет в отношениях между учителем и учеником? И из какого источника учитель черпает этот авторитет?
•••
Итак, духовный учитель получает некоторый относительный авторитет, когда оказывает фактическую помощь своим ученикам. Во многом похожим авторитетом клиенты наделяют психотерапевтов в совместной работе. Хотя авторитет, который приписывают мне клиенты, иногда вызывает у меня чувство неловкости, я готов мириться с таким отношением, особенно на ранних этапах работы. Я понимаю, что клиентам бывает легче начать освобождаться от старых шаблонов, если они дают мне право ими руководить. Если не принимать во внимание традиционную форму авторитета, которую связывают с профессиональной подготовкой и дипломами, а также с идеализацией в переносе, истинным источником моего авторитета является заинтересованность в благополучии клиентов и умение помогать налаживать отношения с собой. Когда клиенты наделяют меня авторитетом, возможно, они делают шаг к признанию собственного авторитета — пониманию того, что на самом деле они «авторы» своего опыта, а не пассивные жертвы обстоятельств.
Подобным образом, хотя и на гораздо более глубоком уровне, присутствие подлинного духовного учителя может быть зеркалом, отражающим качества пробуждённого существа учеников: открытость, великодушие, проницательность, юмор, мягкость, принятие, сострадание, прямоту, силу и отзывчивость, мужество.
•••
Помимо относительного авторитета, который учителя получают в силу того, что оказывают помощь ученикам, истинные мастера также имеют доступ к абсолютному, безусловному источнику авторитета — пробуждению. Поскольку это универсальный общедоступный источник мудрости, истинный духовный учитель готов прилагать все усилия, чтобы помочь ученикам, которые хотят и готовы это сделать, самостоятельно найти этот источник.
Истинный учитель — тот, кто постиг сущностную природу человеческого сознания, как правило, благодаря многолетней практике конкретной дисциплины самопознания, например медитации. В отличие от лжеучителей, которые часто вызывают у ученика состояние зависимости, заявляя, будто обладают особым доступом к истине, подлинные учителя с удовольствием делятся с учеником источником своей реализации. Часто в этом случае они дают ученикам какую-то практику сознавания, а также наставления, которые помогут им непосредственно узнать собственную природу. Такое руководство обостряет восприятие учеников, и у них лучше получается определять истинность слов учителя. Без практики или метода, которые позволяют ученикам напрямую познавать истину, они будут полностью зависеть от учителя, определяющего для них и за них их реальность.

Читать целиком:

Глава из книги «К психологии пробуждения» в журнале «Эрос и Космос»

#уэлвуд