С этого момента мы на неопределённое количество заметок довольно плотно войдём в идеи Дерка Перебума, изложенные в его книге «Сознание и перспективы физикализма» (Consciousness and the Prospects of Physicalism, 2011).

Предыдущая заметка закончилась вопросом. Если сознание обнаруживает себя само, может ли оно ошибаться относительно собственной природы?

Предварительный ответ — да. По крайней мере, между самосветимостью сознания и возможностью такой ошибки нет явного противоречия.

Самосветимость означает, что сознательное переживание не нуждается в отдельном акте наблюдения, чтобы быть явленным субъекту. Когда мне больно, не требуется вторая мысль, которая как бы «осмотрит боль» и сообщит мне о её существовании. Да, конечно, некая рефлексия позднее может возникнуть. Например, «У меня болит зуб», «Боль усиливается», «Кажется, следует принять обезболивающее».

Но боль была сознательной ещё до формирования этих суждений.

Из этого следует вполне определённый тезис — переживание не может происходить совершенно втайне от того, кто его испытывает.

Однако было бы ошибкой утверждать, что из этого следует, будто переживание сообщает субъекту все истины о себе. Переживание есть, оно какое-то, оно явлено субъекту. Но далеко не факт, что субъект знает природу переживания.

Рассмотрим ту же боль. Мне может быть непосредственно известно, что я испытываю боль. Однако из самой боли я не узнаю, вызвана ли она повреждением ткани, воспалением нерва или деятельностью центральной нервной системы. Это уже достаточный пример — мы можем ошибаться как минимум относительно причины боли, её локализации или какой-то её связи с состоянием тела.

Хотя, справедливости ради, пример слабый. Здесь можно возразить, что причина боли представляет собой нечто внешнее по отношению к самому переживанию. Конечно, непосредственная данность боли не обязана раскрывать обстоятельства её возникновения. А вот саму боль эта непосредственная данность может раскрывать и полностью. Почему бы и нет?

Именно эта ситуация делает вопрос метафизическим.

Когда я испытываю боль, она кажется мне определённым качеством переживания. Мы можем назвать его «болезненностью». Это качество не выглядит сложным — в смысле составным. Болезненность не состоит из множества компонентов. Она просто каким-то образом присутствует. Подумайте, можно ли разделить на части «жжёт», «ноет», «колет» или «давит». Крайне сомнительно, что у вас что-то получится.

Кажется, что в самом переживании уже полностью дано, что представляет собой эта болезненность.

И вот тут следует сказать, что именно на слово «кажется» здесь ложится огромная теоретическая нагрузка.