Если у сознания нет объекта, каким образом можно установить, что оно вообще существует?

Вопрос повис.

Сторонник недвойственного сознания, вероятно, ответит, что само требование «установить существование» сознания уже поставлено не вполне верно.

Дело в том, что обычно мы устанавливаем существование чего-либо, получая о нём сведения. Я вижу дерево, слышу шаги в коридоре, обнаруживаю следы животного на снегу. Во всех этих случаях между познающим и познаваемым сохраняется различие. Есть предмет и есть опыт, посредством которого этот предмет становится мне известен.

Но если применить ту же схему к сознанию, возникает нечто дополнительное.

Допустим, я вижу синюю чашку. Сама чашка является объектом восприятия. Однако кроме чашки существует ещё и моё зрительное переживание. Каким образом я узнаю, что это переживание у меня есть?

Можно предположить, что зрительный опыт становится объектом второго ментального акта. Сначала я вижу чашку, а затем каким-то внутренним взглядом замечаю собственное видение.

Тогда обнаруживается, что в чём-то казавшимся простым имеются целых два состояния: само видение чашки и осознание мной, что я вижу чашку.

Проблема в том, что теперь можно задать тот же вопрос относительно второго состояния. Каким образом я узнаю, что осознаю своё видение? Потребуется некий третий акт, который сделает второй акт известным. Затем понадобится четвёртый акт, посредством которого станет известен третий.

Мы получаем бесконечную последовательность внутренних наблюдателей.

Традиционно в аргументативной философии подобный регресс выглядит подозрительно. Если для осознания каждого состояния требуется ещё одно состояние, то ни одно переживание никогда не станет сознательным. Всегда будет недоставать следующего акта, который должен сделать предыдущий известным.

Индийская философия предлагает здесь другое решение.

В ряде её традиций сознание описывается как самосветимое — svaprakāśa. Буквально это выражение можно перевести как «светящее само по себе» или «освещающее само себя».