Если Брахман есть сознание, означает ли это, что Брахман является субъектом? Терминологический ли это вопрос или вопрос по сути? На самом деле к нему можно отнестись не только историко-философски, как к чему-то что требует реконструкции. Великие философские системы прошлого могут служить также источником аргументов и тем для исследований. Что мы можем узнать, если попытаемся ответить на этот вопрос, заданный в прошлом сообщении?

На первый взгляд ответ кажется очевидным.

Сознание ведь всегда кому-то принадлежит. Если есть сознание, должен существовать тот, кто сознаёт. Тогда наиболее фундаментальное сознание легко представить как огромного космического наблюдателя. Вселенная разворачивается перед ним примерно так же, как окружающая комната разворачивается перед каждым из нас.

Получается существо, которое видит все звёзды, слышит все звуки, чувствует каждое живое тело и одновременно знает всё происходящее. Его опыт был бы несравненно богаче человеческого, но сохранял бы знакомую структуру. Речь идёт о наиболее общей и очевидной структуре — существует субъект, а перед ним находится мир.

Однако выражение «Брахман есть сознание» само по себе не сообщает ничего подобного.

Чтобы увидеть проблему, нужно различить сознание, субъекта и личность. Пойдём сверху вниз.

Личность обычно обладает биографией, памятью, характером, желаниями и способностью действовать. Она может принимать решения, вступать в отношения с другими личностями и отвечать за свои поступки.

Концептуальный анализ понятия «субъект» требует меньше. Субъекту необязательно иметь сложный характер или размышлять о себе. Животное может быть субъектом боли, страха или зрительного восприятия, даже если оно не способно рассказать свою биографию.

Но и субъект предполагает определённую структуру опыта.

Существует точка зрения, из которой нечто переживается. А есть то, что дано в опыте. Наконец, есть различие между ними — между переживающим и переживаемым. Я вижу дерево. Дерево является объектом моего опыта. Я являюсь тем, кому оно является.

Поэтому человеческое сознание обычно описывается как направленное на что-либо. Мы видим предметы, слышим звуки, вспоминаем события, размышляем над вопросами. Даже когда мы обращаем внимание на собственные мысли, возникает различие между актом осознания и тем, что в этом акте осознаётся.

Если для субъекта это необходимо так, то и космический субъект тоже должен иметь перспективу. Пусть эта перспектива охватывает всю вселенную, но остаётся перспективой, из которой мир каким-то образом представлен.

Но вообразимо ли недвойственное сознание? Такое, устройство которого было бы совсем иным в силу отсутствия разделения в нём между воспринимающим и воспринимаемым.