Раньше, чем «Хочется праздника», мы делали другой проект — «Играем свадьбу».

Мой интерес к традициям тогда был отчасти интуитивным. Меня к ним тянуло, я чувствовала в них силу, ощущала их значимость, но еще не могла сформулировать это инстинктивное притяжение в какой-то веский довод, не абстрактное обоснование ценности этого культурного пласта.

И вот на фоне этого внутреннего порыва родился проект о свадебных традициях регионов России. В центре каждого сюжета — молодая пара, которая доверила нашим этнографам воссоздание аутентичной народной свадьбы для их торжества.

И вот там, на съемочной площадке, я очень четко осознала, что традиционные обряды, ритуалы в жизни наших предков имели практическую ценность.

Дело было так. Мы снимали тульскую свадьбу. Невеста была из Долгопрудного и мы устроили девичник в двухкомнатной квартире для ее подруг и мамы. Наша команда, как я сейчас уже понимаю, еще не до конца понимала, в какое приключение мы ввязались :)

В рамках девичника был организован ритуал «прощания с красотой» — это такая практика оплакивание девичества, очень терапевтичная по своей сути. Через нее невеста прощается с иллюзиями, инфантилизмом и тинейджерством. Свадьба, вообще-то, не только про романтику, это про огромную ответственность перед своим родом, будущей семьей. Это больше, чем ты; свадьба — это про порядок жизни, уклад, принципы. И нашим предкам это было хорошо известно.

Так вот, мы в Долгопрудном. На семейной кухне мама, бабушка и сестра достают из горки приданное — чашечки, блюдечки, ложечки, хрусталь. Мама рассказывает о том, как это все покупалась еще при живом отце, при каких обстоятельствах и так далее. У каждой вещицы оказывается своя история и этот контекст придает очень обыденной вещи глубокую ценность — почти как в искусстве.

Плаканье начали больше как шутку, на вдохе распевом проговаривали как не смогут больше пробежаться по магазинам, погуляться по улицам, повалять дурака (невеста перебиралась в город жениха). И вдруг прорвало маму — она смогла выговорить, оплакать отсутствие папы, который не застал взросление дочери и этот новый, очень важный этап в ее жизни. В итоге семье получилось подобрать слова и обсудить очень важные, но зарытые глубоко внутри вещи.

В тот момент у меня сложился паззл, зачем все это нужно.

Когда у нас отняли народную культуру, ее традиции, было уничтожено много инструментов, ключей к эмоциональному интеллекту и накопленному опыту проживания потерь, взросления и других важных этапов жизни. Уничтожая народную культуру, случайно забрали способность проживать сложные эмоции за пределами кабинетов психотерапевтом, инструменты для формирования себя как полноценной личности.

Поэтому, важно вспомнить, воссоздать, восстановить этот пласт культуры — в нем кроется много ответов, подсказок, тропинок к стабильности и ментальному здоровью. Даже, пожалуй, к счастью.