МАРИЯ МАГДА

//ОТЗЫВ НА ПРЕМЬЕРНЫЙ ПОКАЗ СПЕКТАКЛЯ "МАГДА", ТЕАТР "ШАЛОМ"//

После спектакля Евгения Корняга "Магда" я читаю Евтушенко, я читаю Рождественского, я слушаю Shortparis, я смотрю Сокурова "Молох". Я мучительно пытаюсь сформулировать, что же с этим спектаклем не так. Но тут меня на повороте обходит Закулиска. И пишет совершенно верно.

При однозначно прекрасной работе с визуалом, с куклами и антуражем, акценты в пьесе английского драматурга Майкла Ардитти расставлены с точки зрения британоса, который где-то там за Ла-Маншем художественно-бедно видит эту историю в отрыве от нашего контекста. И появись этот спекталкь в таком виде где-то в Олдвике, все бы тупо рукоплескали, не задавая вопросов. А в России в 2026 году у меня вопросов к материалу оказалось так много, что я искренне недоумеваю: вы не чувствуете контекста совсем?

Больное место спектакля — какое-то напрочь игнорирование того, что происходит за пределами бункера. Если семилетний мальчик посмотрит "Магду", то непременно решит, что могучие силы Израиля громят ненавистный Третий Рейх. Потому что нет никаких упоминаний, кто же там наступает? Почему нацисты загнаны в подпол? Ну типа, "мы и так знаем"? При этом много-много раз артикулируется: вот придут сейчас евреи и будут мстить собаке фюрера.

Совершенно понятно, что театр "Шалом" национальный, здорово продвигающий свою культуру, образ мысли, индивидуальность именно евреев в этом котле наций по имени Россия. Но нужно и понимать, что тема войны с нацизмом максимально политизирована. А ещё для каждого, чьи деды, бабушки и другие родственники прошли через почти самоубийственную войну за общую свободу вот такое умолчание о роли многонациональной красной армии в победе звучит почти надругательством над историей. Для Британии такое ок, для России — чуть что и котёл закипит!

Ещё один момент, на который я бы посоветовал авторам постановки обратить внимание, — это темпоритм. Те длинноты, который может себе позволить Сокуров в своём "Молохе", здесь совершенно не держат зрителя. Тем более, что условно все знают историю кончины и Гитлера с Евробраун, и Геббельса с Магдой. Трактовка образа спутницы фюрера как прелесть какой дурочки смотрится наивно. Немного высокомерное отношение к ней Магды сомнительно даже в такой ситуации. Да и сама фрау Геббельс на роль запоздалой совести Третьего Рейха не тянет совсем.

Сам Геббельс чуть карикатурный, а Гитлер, который появляется за несколько минут до самоубийства, максимально сакрализирован. Такая развалина в кепке, от которой по-прежнему электричество замыкает, что уж говорить о самих нацистах, которые очарованы этим чудовищем. Здесь интересно как раз сравнить с тем образом, который нарисовал Сокуров. У него Гитлер — мелкий, слабый мужычок, который прыгает в нелепом танце, который жалуется на свищ, всё время думает о смерти и жалеет себя, сам спорит с отрицаемым им самим богом, но его уверенность на публике не даёт никому усомниться в том, что он мессия.

При этом у спектакля есть одна очень сильная сторона — визуальный ряд. Тут и сценография с бесконечно падающими колоннами, и интересно проработанные куклы детей Геббельсов, и общее напряжение, которому нужно лишь придать динамическое ускорение, пусть эта тьма не смущается, она сгущается.

|| СЛОВО СЛАВЫ ||