Огонь печей Вавилона

На "Фонаре" с Рагимом слушаем Машу, Анну Лукиянову и Марину Кочан про мемуары и автофикшн.

Кто из финалистов "Большой книги" станет лидером читательского голосования? Решать вам!

Сегодня на LiveLib | Лайвлиб стартовало народное голосование⚡

Отдайте голос за вашего фаворита короткого списка, если вы уже определились с выбором. На странице голосования можно также приобрести электронную версию книги финалиста этого сезона со скидкой 20% по промокоду от ЛитРес — BIGBOOK23.

📌 Голосовать: https://www.livelib.ru/bolshayakniga/2023

На Лайвлибе началось читательское голосование за финалистов "Большой книги" этого года. Есть возможность поддержать симпатичного автора.
Только надо иметь в виду, что нужно не только поставить (внизу от изображения обложки) галочку выбора любимой книги, но и подтвердить этот выбор ниже на странице.
Ну, и мы с "Комитетом" будем вас ждать )

В субботу буду в Питере на книжном маркете "Фонарь". Спасибо Полине Бояркиной - за приглашение.
Приходите, поговорим.

📌 «Убежден, что попытка "прятать" неблаговидные сюжеты – что прошлого, что настоящего – не добавляют нашей истории величия, а только затуманивают картину и заставляют снова и снова делать заход на старые грабли», — Дмитрий Захаров.

Мы поговорили с автором «Комитета охраны мостов» Дмитрием Захаровым о его романе, жанре антиутопии, историческом прошлом и его родной Сибири: https://m.vk.com/@bigbooknews-intervu-s-dmitriem-zaharovym

Сибирь, провокаторы, "творческие планы".

Слушаю вживую выступление ненецкого поэта. Он вдруг достает гитару и говорит

– Я перевел на ненецкий язык песню «Don’t worry, be happy» и сейчас я ее спою. Но есть нюанс. В ненецком языке нет слова «волноваться». Как-то вот так вышло. А, еще в ненецком языке нет слова «счастье». Как-то подразумевается, что если человек жив, то он и счастлив. Специальное слово для этого не нужно.

Зал молчит, по головам одна и та же мысль ходит. Поэт играет, поет. Тот самый мотив, похожие слова (ну в смысле по количеству слов похоже). Спел, похлопали. Зал в задумчивости. Из зала вопрос

– Так а как вы в итоге перевели? Если слов-то нету?
– По смыслу подобрал. Максимально похожее и адекватное относительно тайги.
– Как?! – весь зал хором.
– Оленевод, не болей!

Довлатовщина от Рагима. А оленеводу - здоровья!

Мифология медиа в жанре античной трагедии
Два романа о современном медиатексте и его героях: Дмитрий Захаров «Комитет охраны мостов» (шорт-лист «Большой книги»-2023), Ася Володина «Протагонист»

С маниакальным интересом исследователя медиакультуры отмечаю различные попытки стилизовать, изобразить, запечатлеть механизмы взаимовлияния соцсетей и их пользователей. В обоих романах авторы дотошно воспроизводят наши сетевые привычки, въевшиеся в кончики пальцев эмотиконы, стереотипы медиаповедения… и, что особенно привлекает, вписывают всю эту ежесекундно меняющуюся сиюминутность в контекст универсального мифа и/или мифологического сознания. В случае «Комитета охраны мостов» — вымышленного «сибирско-регионального», в случае «Протагониста» — остроумно разряженного в маски (медицинские в том числе) древнегреческого театра.
Формально жанр «Комитета охраны мостов» — журналистское расследование, в котором стойкие ребята с железными нервами, светлыми целями и пониженным болевым порогом, позволяющим выдержать череду пыток, борются со всем плохим за все хорошее. Простите за (не)вольную иронию: тяжело воспринимаю любую пропаганду и манипуляцию, а здесь оных — ложкой ешь и залпом пей. Сюжет строится одновременно вокруг судьбы студентов, посаженных по сфабрикованному делу, и мифа о зооморфном Зимнем прокуроре, персонификации каторжного варианта «сибирского текста» с его подручными-Снегурками и прочими элементами родного отечественного хоррора. Читать страшно… и страшно увлекательно: действие меняется быстро, (супер)герои-журналисты движутся вперёд со всей профессиональной энергией, запутываются, распутываются, общаются, ошибаются, попутно ностальгируют по независимым региональным медиа начала XXI века… Да, и без классической для литературы переходной эпохи фигуры провокатора-самозванца дело не обходится (снова вспоминаем «Карамору» — не сериал, а рассказ Максима Горького). В премиальные перспективы этой книги не верю, а вот своеобразным памятником эпохе она стать вполне претендует. Когда-нибудь ее, возможно, включат в список литературы по теме: «Образ журналиста в прозе XX-XXI веков».
В романе с узнаваемым драматургическим названием «Протагонист» Володина замысловато, но изящно имитирует античный хор: повествование складывается из монологов действующих лиц, практически каждый из которых вынужден оправдываться перед собой, совестью, судьбой, социумом за невольную вину в самоубийстве того самого «протагониста» — студента высшего учебного заведения с античным названием «Академия» (собирательный образ МГУ, РГГУ и иже с ними). Здесь есть и знаменитая передача «Умники и умницы» (телемедиатекст), и анонимные телеграм-каналы, помноженные на ежедневный сетевой сёрфинг секретарши декана, отсматривающей публикации учащихся и сотрудников на предмет соответствия честному образу Академии. Актуальные в эпоху ковида, но уже подзабытые реалии: маски, перчатки, дезинфекция, зумы и онлайны запротоколированы литературой для истории и сознательно зарифмованы с типажами/масками/сюжетами древнегреческой трагедии. В главных ролях: предательство, наследственное безумие, роковая любовь, возмездие… Эгоизма тоже, откровенно говоря, хватает. Вы удивитесь (нет), но и здесь молодёжь с удовольствием смотрит «Игру престолов» с ее практически античным роком, пока не сознавая, что и сами тянут лямку проклятий предшествующих поколений, только никакие драконы/законы/эмотиконы, как и у Софокла с Еврипидом, не защитят и не помилуют. — Откровенно говоря, первая часть, «ковидная», показалась мне более достоверной (практически «филологический роман» от кандидата филологических наук), очень, знаете ли, узнаваемой со всех сторон. А вот вторая часть, которая про «лихие 90-е», кровь, любовь, бандитские разборки и отравившую волку всю утробу Красную шапочку (она же Золушка, она же Жасмин), как-то… по-женскопрозовски, вот. Редко когда античные страсти и страдания не теряют эстетической выразительности в нашем-то климате и хронотопе. Но, как и положено в сказках, жизнь торжествует — и все оказывается к лучшему, как ни кощунственно это звучит в рамках античного дискурса.
#в_книгах

Интересный академический взгляд на "Комитет" и "Протагониста" Аси Володиной (как раз сейчас читаю).

Национальный список бестселлеров за первую половину июня

Первое место в списке продаж занимают «Избранные сочинения Си Цзиньпина, том II», второе место — «Избранные сочинения Си Цзиньпина, том I», третье место — «Устав Коммунистической партии Китая», четвертое место — «Доклад Си Цзиньпина на XX Национальном съезде Коммунистической партии Китая», пятое место — «Си Цзиньпин о государственном управлении», шестое место — «Основы изучения идей Си Цзиньпина о социализме с китайской спецификой новой эпохи», восьмое место – «Выдержки из идей Си Цзиньпина о социализме с китайской спецификой новой эпохи», девятое место – «Выдержки из рассуждений Си Цзиньпина об исследованиях и изучении».

Какие хорошие в Китае бестселлеры

По-моему, "Город, Девочка и Комитет" - само по себе прекрасное название для романа.
Мне кажется, я даже сюжет представляю.

Дорогие друзья, проект «Литературно» приостановил свою работу. Все наши материалы остаются в открытом доступе: literaturno.com.

Спасибо, что были с нами. До новых встреч!

Печально

"Они сильно перетрусили. Асу казалось, что раньше восьмой-девятой не начнется. Но вертикаль стала гнуться еще до удара, на одном предчувствии.
Если бы наша оппозиция знала, с какой субстанцией имеет дело, думал Ас, она бы просто пришла на Тверскую и потребовала освободить кабинеты. А кабинеты, кстати, и так уже наполовину пусты. По «коридорам власти» течет полноводный поток внезапных отпускников — срочно проведать маму, повидать дочь, подлечиться врачи советуют. Теперь на всё — «принесите оригинал приказа» и «без визы министра не принимаем». Даже если это какое-нибудь дурацкое согласование на рекламный плакат, которое раньше всегда было устным.
Теперь всё — опасность, всё — ненужный документальный след.
Ас переходил с одного истеричного совещания на другое, и везде было одно и то же. Группа «Рустеха» нас сдала. «Интернефть» нас заказала — боится, что наш мэр займет место премьера. Нужно бить по ним прямо сейчас или получить гарантии на случай, если. Или даже одновременно. Как там, кстати, с джетом?"

Когда-то я стал очевидцем того, как работает властная машина, столкнувшаяся с угрозой себе (или думающая, что столкнулась с такой угрозой). Это было в 2011-2012 годах.
Важно понимать, что в такой ситуации никто не хочет брать на себя ответственность, и ситуация может пойти как угодно - даже по самому маловероятному сценарию, просто потому что для более вероятных нужна воля, а ее дефицит. Про это очень хорошо в "Революции Гайдара", о которой я уже писал.

«— С появлением онлайн-платформ количество писателей растет быстрее, чем количество читателей. Согласны ли вы, что публикации стихов и прозы в интернете, издание книг за свой счет и писательские курсы – более короткий путь в литературу, чем профильное образование в вузе?

— В вопросе сведены несколько очень разных вариантов. Коротко отвечу, что:
- профильное образование в вузе никогда не было ни условием, ни особым преимуществом на пути в литературу,
- писательские курсы представляют собой то же самое профильное образование, которое, если повезет, может оказаться более заточенным под ваши конкретные нужды и потребности,
- публикация стихов в интернете — самый рабочий и здравый вариант на сегодня, стихи в сети и живут,
- публикация прозы в интернете — тоже вполне рабочий вариант,
- издание книг за свой счет — огромная ошибка, которой автор, как правило, отрезает себя от читателя.

— По некоторым данным, непрофессиональных писателей в России – около миллиона. Это большая цифра. Как вы думаете, почему работа писателя становится привлекательной?

— Привлекательной становится не работа, а отвлеченные представления о ней как о чем-то романтичном и/или престижном. Примеривание реальности быстро отрезвляет: выясняется, что нет в писательстве ни романтики, ни престижности, ни тем более экономической состоятельности. Поэтому именно что работают писателями в России, как и в любой другой литературной стране мира, не более пары десятков человек, остальные, как я, например, пишут книжки в свободное от основной работы время.

— Может ли в России писатель безбедно жить за счет литературного труда, издавая, например, по книге в год?

— Нет. Есть исключения, подтверждающие это правило и объясняющиеся кучей сопутствующих обстоятельств, связанных, например, с тем, что это десятая книга автора или он сразу продал права на экранизацию HBO. Впрочем, мой десятый роман, вышедший в мае, особой безбедности мне не обеспечил, хоть и продается очень успешно.
Тут же чисто экономическое объяснение: если не брать звезд, гонорары которым могут определяться по внелитературным соображениям, доход от книги начисляется в виде роялти — процента от ее отпускной стоимости. Роялти для среднестатистического автора колеблется от 8-12% для начинающего до 15-20% для маститого. Книга, которая стоит в магазине тысячу рублей, издательством отпускается за 300-500 рублей. От этой цены и считается роялти. То есть с каждого проданного экземпляра автор получает в среднем 30-50, максимум 100 рублей (это если самый топчик). Средний тираж прозаической книжки сегодня 1-2 тысячи экз., 10 тыс. считаются бестселлером, 50 тыс. — супербестселлером, каких на весь рынок штук пять в год (прецедент "Лета в пионерском галстуке" с его 260 тыс. утаптывался так активно, что в обозримом будущем явно не повторится).
Таким образом, среднестатистический автор от продажи всего стартового тиража (каковая случается, увы, нечасто) получит от 30 до 100 тыс. руб. Это за книгу, которую он писал минимум год, а то три или пять. Делим на 12, 36 или 60 — получаем месячный доход писателя. И бежим искать постоянную работу, которая кормит.»

Издание 66.RU опубликовало текст о самиздате, для которого взяло комментарии у нескольких писателей и экспертов. В итоговый материал, естественно, вошел лишь фрагмент моих ответов (зато моим славным громким именем даже инфографику украсили, йо-хо). Выкладываю их целиком (кроме кусочка, который, по словам представителей редакции, может пригодиться ей попозже).

Все, что вы хотели знать о писательстве, но стеснялись спросить.
Подписываюсь под словами дорогого Шамиля.

У меня есть крестник - мальчик Ярослав, живущий уже очень давно в Австралии.
Ярик - книжный ребенок, читает на английском и русском. На русском - с бОльшим трудом. Но старается.
Передо мной сейчас стоит задача передать Ярику несколько книжек, написанных на этом, более трудном языке.
И хорошо бы книжки эти зацепили человека десяти лет, которого ранее зацепил Гарри Поттер.
Одну такую книжку я придумал (она на картинке). Подскажете свои варианты?