вара переезжает 📄🩻

224.

#sns_au_3

ДАЙСУГА НЭЙШОН ПОДНИМЕМ ЩИТЫ ЗА РОДИНУ !!!!

привееет, на самом деле, я не могу многого посоветовать, потому что сама толком никого не читаю из других авторов!!
но я не могу не сказать о сойе, из под её пера выходят замечательные работы!! она недавно переехала на другой канал, поэтому работ там немного, но в архиве (если я не ошибаюсь, он указан где-то в инфопосте, я надеюсь) можно почитать все её работы хорошие !!
и джем конечно же, я с её переписок начинала хехе, её очень всем советую!!

если кто-то знает ещё других хороших авторов по хк, поделитесь в комментарии, возможно, кто-то найдёт что-то для себя!!

вам снился этот человек????

ОЙКАВА НАШ СЛОН ОКАЗЫВАЕТСЯ ПАРТИЯ ТОБОЙ ГОРДИТСЯ

БЛЯТЬ, Я НЕ ЗНАЮ ПОЧЕМУ, НО МНЕ ТАК СМЕШНО, ТИПА ВНЕКОНТЕКСТА: А вы знали что Ойкава андроед?

DEFINITELY
видите ли, я написала флафф, потому что обещала в чате что если сдаю все предметы на 70+, то пишу флафф 😔😔😔 я слово свое держу, но я чувствую, что силы меня покидают, аллергия обостряется, мне нужно передохнуть...... передОхнуть.....

привет..... давно не виделись да ахах....
на самом деле ребята у меня😔😔 райтблок😔😔😔 как бы грустно это ни звучало, вот, буду пытаться такими урывками из него выбираться
мне больше нечего сказать в своё оправдание, кроме того что хз ура?? у меня закончились все вот эти мероприятия по выпуску из шк, теперь только поступление йоу

– А мой... – Хината трясущимися руками залез в задний карман шорт и обнаружил там бесполезные обломки некогда очень услужливого аппарата, – Вот чёрт!

– Кстати, не знал, что у тебя такие... фетиши.

– Милостивый Господь...

– Ты слишком часто поминаешь Бога.

– Да потому что только он и способен мне помочь нынче!!! – взревел Шоё, зарываясь пальцами в свои растрёпанные волосы.

– Не списывай и меня со счетов, – Кагеяма удивительно ласково провёл кончиками пальцев по его спине, помассировал плечи, зацелованную шею. Мягко взяв Хинату за подбородок, он осторожно повернул его к себе лицом, заглядывая в расширенные глаза, полные обречённого безумия.

– Господи, клянусь, мы оба сегодня рехнулись. Мы конченные, мы слетели с катушек, серьёзно! – беспрестанно тараторил Шоё, глядя на то, как губительно медленно приближается Тобио к его лицу.

– Да будет так. Аминь. – его распалённые губы накрыли околевшие губы Шоё.

#зарисовка #kagehina

Мягкая пухлость губ ложится на выпирающий позвонок, затем оставляет невидимый (тем не менее, неизгладимый) след на стыке шеи и плеча. Хината больше не дышит: воздух конденсатом оседает на стенках лёгких и в горле отчаянно пересыхает. Шоё – пустынная, иссушенная Сахара, а сердце его – прелестный мираж-оазис.

– К-к-кагеям, ты че... ты чего?! – вскрикивает он, ёрзает на неудобном сидении и нервно сглатывает, широко распахнув ошеломлённые глаза.

– М-м? – мычит Тобио прямо в затылок, и Хината прикусывает язык. Все невысказанные претензии и восторги так и остались рыбьей костью поперёк горла, заставляя взволнованно откашливаться. Перед глазами плыло бескрайним океаном, рябило водной гладью, и Шоё не понимал, откуда взялся этот бледный туман: в глазах, в мыслях в сердце, слетевшем с тормозов и педалей, неустанно скачущем навстречу всеобъемлющей и сладострастной панике. Кагеяма куражился: пытка продолжалась и не норовила останавливаться. Чувствуя, как умалишённо терзают его шею, как горит адским пламенем внизу живота, Хината млел. Изо рта вырывались сдавленные хрипы, отдалённо напоминающие стоны, а конечности всё больше наливались свинцом, и Шоё ощущал, как с каждой секундой из него выкачивают жизнь, ради того чтобы перекачать её в нечто божественное, поднебесное, блаженное!..

– ...Хината! Чёрт возьми, Хината! Выровни руль, придурок!!! – ошалелые крики донеслись до него словно сквозь толщу воды, и Шоё шокированно сморгнул наваждение, но что-то предпринимать уже было поздно: неуправляемый велосипед, съехав с обочины, летел вниз по крутому склону, одним лишь чудом не вписавшись ни в одно дерево.

– Вот же блять!!! – испуганно воскликнул Хината и попытался затормозить, но это лишь усугубило положение: переднее колесо резко замерло, и задняя часть велосипеда взлетела на воздух, сбрасывая с себя неблагородных наездников. Шоё кубарем покатился вниз, а Кагеяму понесло в лежачем положении.

Распахнув глаза, Хината рывком поднялся и откашлялся, на зубах неприятно скрипела сырая земля. Тело отозвалось жгучей, ленивой болью, и Шоё шумно втянул воздух через ноздри. Слева, совсем близко от него река омывала глинистый берег, где-то вдалеке слышался скрип колеса. Хината вгляделся в тёмную даль, и сердце внезапно ухнуло к рёбрам – Кагеямы видно не было. Шоё попытался подняться, но вновь обессиленно рухнул на колючую траву.

– Каге!..

– Не ори ты, – недовольно пробурчали справа, и Хината изумлённо обнаружил Тобио, лежащего совсем рядом с ним. Тот болезненно корчился, но переломов, кажется, не заимел, а потому Шоё облегчённо улыбнулся и тоже лёг рядом с ним, вперив задорный взгляд в звёздное небо. – И что ты радостный такой? Я тебе сразу сказал, что это херовая затея.

– Да это вообще твоя вина! – Хината снова встрепенулся и возмущённо повернулся лицом к Тобио, – Если бы кто-то меня не... не отвлекал, мы бы доехали в целости и сохранности!

– И как же я тебя отвлекал? – Кагеяма глухо, но томно прохрипел, и Шоё тут же ощутил, как далеко и надолго салютирует сердце.

– Проехали, – вздохнув, Хината принял сидячее положение и подтянул колени к груди, чтобы опереться на них локтями.

– Проехали мы уже достаточно... Шоё, – его тихий голос вопиюще громко прозвучал в лесной тишине, когда Тобио вдруг резко сел и приблизился к его уху, обдавая его жарким шёпотом.

– Чёрт тебя дери, Кагеяма! Тебе что, голову отшибло пока мы падали?! – смущённо пробубнил Хината, пряча лицо в коленках и возбуждённо сжимая их влажными ладонями.

– Может, и отшибло. Что с того? – всё также негромко произнёс Кагеяма, ехидно склонив голову в сторону.

– Да-а-а, ничего... Просто ты потом расскажешь о том, что мы тут делали, а меня обвинят за то, что я воспользовался тобой в состоянии аффекта!

– А что мы тут... делали?

– Пока ничего, и слава Богу!

– Мы можем это исправить...

– Можем... Но только запишем на камеру, чтобы все знали, что всё случилось по обоюдному согласию, ладно?

– Как скажешь... Но мой телефон, кажется, сломался при падении.

Яркие полуночные звёзды безупречными жемчужинами сверкали на бескрайнем синеватом полотне безоблачного неба, словно отражая едва заметные золотые крапинки светлячков, разбросанных по горным кустам. Те неустанно запевали свою задорную песню, стрекоча о чём-то своём и вторя натужному скрипу цепи старенького велосипеда. Крутить на нём педали в гору всегда было тяжело, Хината помнил, но в этот раз, когда сзади, на неустойчивом велосипедном сидении прибавился ещё и груз в виде ставосьмидесятисантиметрового подростка, преодолеть крутой подъём казалось чем-то поистине невозможным. Тем не менее, сдаваться Шоё не собирался: чёрствые ладони лежали на его талии мягко, неловко и адреналина прибавляли похлеще любого матча.

– Нет, Хината, это всё-таки плохая идея, – сконфуженно пробурчал Кагеяма, стараясь не двигаться лишний раз. Он видел, как медленно они едут, с каким трудом Шоё крутит педали, и насчитал уже седьмой пот, сошедший с Хинаты за это непродолжительное время, а ведь они ещё даже не на полпути. Всё это заставляло его смущённо краснеть и радоваться хотя бы тому, что Шоё слишком занят, чтобы оборачиваться и пытаться разглядеть его лицо в густом вечернем сумраке.

– Неважно... – прокряхтел он, сильнее сжимая прорезиненные ручки руля, – Я проиграл... и я выполню... наказание.

– Давай дойдём до твоего дома пешком, серьёзно, – вновь попытался убедить его Тобио. – Завтра скажем Нишиное-сану и Танаке-сану, что ты без проблем довёз меня до своего дома.

– Ты не умеешь врать, Кагеям... Они быстро всё поймут...

– Я сделаю всё, что в моих силах.

– А что? Переживаешь за меня? – Хината мельком усмехнулся, тут же вдыхая побольше воздуха.

– За команду. Укай-сан нам бошки открутит, если ты надорвёшься и не сможешь участвовать в соревнованиях. Без тебя Карасуно не так сильна.

– Не умеешь ты врать, Кагеям, не умеешь... – Шоё глухо рассмеялся, закусив губу. Бёдра отзывались острым болезненным покалыванием, а икру на правой ноге, кажется, вот-вот сведёт, но на его лице расцветает широкая озорная улыбка, и Хината давит на педали с новой силой. Ветер, сжалившись, обдувает его своими хлёсткими порывами, треплет влажные пряди волос и забирается под взмокшую футболку, посылая взбалмошный табун мурашек по всему телу. Тобио это, кажется, чувствует, потому что будто ненароком обвивает свои руки вокруг его талии крепче. Шоё не успевает подумать, делает он это чтобы согреть или удержать на месте: ему слишком весело, слишком жизнерадостно, слишком влюблённо, и он смеётся ещё звонче, невзирая на то, что воздуха в лёгких не осталось совсем.

– Тише ты, идиот, – совсем не злобно шикает на него Кагеяма. – Не трать силы.

– Эх, Кагеяма, прямо сейчас я, кажется, сильнее всех живых! – Хината снова вдыхает поглубже, чтобы секундой позже разразиться звонким улюлюканием. В ближайших кустах слышится, как встревоженные птицы спешат убраться подальше от незваных гостей.

– Ага. И тупее.

– Ну уж нет... Это уже про тебя, – Шоё говорит тише, но Тобио слышит в его голосе улыбку и чувствует, как его губы невольно улыбаются тоже. От Хинаты пахнет цитрусом и летним зноем, и его аромат мешается, переплетается в воздухе с сухими запахами вечернего леса. Где-то внизу, за оврагом, робко журчит местная речка, и Кагеяма видит, как отражаются в ней сонный полумесяц луны да россыпь драгоценностей-звёзд. На душе спокойно. Хината снова умолкает, дышит глубоко и шумно, позволяя себе немного перевести дух. Рыжий загривок поблёскивает жемчужными капельками в окружении морозных мурашек, и шальная мысль Тобио – шальная пуля, что бьёт насквозь, наотмашь, на поражение. Он ухмыляется и спускает курок.

Заговорщицкий шелест листьев подначивает, подстрекает, распаляет во мгле позднего вечера, и смущенью места нет. Щёки пылают алым огнём, но причиной тому не робость, а искушение, погодная жара и жара душевная, опасные искрящиеся думы... Кагеяма наклоняется осторожно, сжимает пальцы на чужих боках и целует взмокшую шею. Он прижимается горячими губами неожиданно, смело, дерзко, и Хината невольно вздрагивает. Дыхание вновь сбивается, и Шоё не думает, что в силах выровнять его.

ах эта любимая альтернативная вселенная в которой цукишима отключает свой мозг и слушает только своё сердце...... обожа

Я ЩАССС разрыдаюсь как это хорошо звучит 🙏🏽🙏🏽
а я упустила этот момент видимо, у дайчи в каноне реально есть младшие сиблинги?? если да, то я клянусь, суга их оч любит как своих детей :_(((
спасибо большое за эту мысль!!!

пж ребят очень важный пост, я настоятельно рекомендую ознакомиться с данной информэйшн во избежании недопониманий 😌😌🤲🏼 спасибо большое аригато заранее