(начало)

Я был бы рад быть человеком широчайшей души, который мог бы к таким журналистам отнестись с участием и сочувствием, но я, к сожалению, не такой широкой души человек.

Что можно сказать журналистам?

Не уверен — не пиши. Если у тебя нет документов (например, копии рапорта о том, что происходило в части, про которую ты горишь желанием написать) — не пиши. Если твой источник документов тебе не даёт, а просто рассказывает — пусть рассказывает сам где хочет, раз уж он несёт свет правды — соцсети открыты для всех, пожалуйста, высказывайтесь. Сидеть сам будешь.

Любое отклонение от официальных документов будет трактоваться как несоответствие реальному положению дел, прицепить к этому распространение сведений порочащих армию и прочие силовые структуры — ничего не стоит.

Длящиеся правонарушения никто не отменял. То что было опубликовано неделю назад может оказаться несоответсвующим сегодняшнему законодательству, если оно всё ещё лежит в интернете в свободном доступе.

Можно сколько угодно этому возмущаться, но сейчас это просто так. К сожалению, в СМИ вместо объяснения правовых реалий журналистам предпочитают культивировать чувство собственной правоты, нюанс только в том, что потом передачки вам на зону будут носить, скорее всего, ваши престарелые родители, а не бывшые коллеги.

Уже писали про это в применении к делу Сафронова: https://roem.ru/17-07-2020/282645/ne-stoj-pod-gruzom-i-streloj/

Иногда имеет смысл остановиться, почитать чужие (пока ещё - чужие) уголовные дела, понять в каких условиях ты работаешь, чтобы потом не блеять в клетке что-то ещё более невразумительное по сравнению с тем, что ты писал находясь на свободе.