Серебристые катышки

в мечтах я учусь всему на свете
(и желательно не в рф)

неиронично думаю постелить себе в ванной

зефирное небо мая

Кажется, вчера случился триумф «Мги» 🥳 Всем таких читателей! @promch_poetry

Есть за горами, за лесами маленькая страна…

🤩🤩🤩🤩

Сегодня вместе с командой «Редакции Елены Шубиной» РЕШили отправиться в маленькую страну, немного вернуться в детство и рассказать о наших любимых (не)детских книгах!

🌟Для полного погружения мы прикрепили свои детские фотографии! Кого узнали?

А любимые взрослые книги команды издательства «Самокат» можете найти у них в канале!

Воспользовалась возможностью явить миру свой лук двадцатипятилетней давности 🙂

Иногда я вываливаюсь отсюда и попадаю туда, где на самом деле всегда пребывала, но не замечала этого.
Все, что действительно может иметь ценность — если вообще есть ценность хоть у чего-нибудь, — это попытаться не забывать о том, что другие чувствуют ещё одну неведомую тебе [ ].

Все работы, рейтинги, прибыль, успех — интересная выдумка, она может быть для чего-то нужна, но в то же время совсем не обязательна. Очень сомневаюсь, что этими метриками получится объяснить, почему внутри каждого есть невидимый и необъятный «бассейн» всего. Почему мы что-то чувствуем? Почему другой что-то чувствует? Как мое чувствование соотносится с его чувствованием? Только это, кажется мне прямо сейчас, может быть важно. Как строить карьеру, преуспевать, гордиться достижениями, если нет даже примерного понимания, кто все это достигает, кто этого хочет и как так получилось, что он хочет именно этого? Есть подозрение, что ничего такого на самом деле он и не хочет, но чтобы приблизиться к этому пониманию, нужно забыть о любом статусе, хотя бы на несколько мгновений выйти за дверь своей (но она и не была никогда твоя) искусной фантазии. А если все, что есть — это невидимый свет, который обволакивает, перетекает, омывает и согревает? Когда это выключается надолго, жизнь становится отчётливо пластиковой. Но и само присутствие света порой кажется настолько иллюзорным, что тебе требуется какое-то весомое доказательство, что он есть. Одновременно это так просто. Мне немного странно выпадать вот так посреди дня, когда нужно соблюдать определенные конвенции. Но разве есть шанс забыть об этом по-настоящему, с гарантией?

Радостная это новость или печальная, не знаю, но интуитивно догадываюсь, что свету нужно больше пространства, чем изначально есть (наверное, это глупость, разве можно ограничить свет? или все-таки можно?). И все же кажется (ну, пока ещё), что свет ищет вместилище, какую-то дополнительную среду. Вот ей и становится область чувствования другого. Потому что зачем ещё все это нужно, я представить не могу. Но это только я и ограниченность моего знания.

Ещё кажется, что любая человеческая жизнь — это повторение и отработка каких-то общеизвестных истин, но каждый думает, что в его открытии есть прежде не проговоренная мудрость. И это, как ни странно, нормально, потому что существование здесь устроено так, что опыт не закладывается мгновенно при рождении. Удивительно то, что некая система воспроизводит и будет воспроизводить одни и те же сценарии раз за разом, и чувство новизны и уникальности переживания никуда не денется.

Конечно, когда я собираюсь это запостить, от предыдущего чувства уже мало что остается. Или ощущения укладываются спать и перестают напоминать о себе.

ул. железнякова
 
1.
 
сильно за полночь насмерть застряв
правым передним в чужом сугробе, мы с К.
ищем бога: подкапываемся с обоих колен,
делаем знаки, смещаемся по часовой
в оголтелом бессилии; левое колесо
доскреблось в одиночку шипами уже что под ним
проступило лицо из бхопала, сияет —
но и это не бог, а одно междометие: мимо,
некому сдвинуть нас с этой земли, из ее
специального снега, восхи́тить на полглотка.
что ж воткнем здесь совместно маленький нищий флаг,
чтобы наше смирение было виднее прочих.
 
2.
 
ветром разбуженный, застаешь как луна
роется в приношениях половодья:
 
вкладышах из оккупационной печати,
лестовках, поплавках,
скомканных птицах и собственных же твоих
пальцах еще хранящих какие-то связки.
 
тело, приличное им,
светится там же, но как-то совсем давно.
 
можно сойти увить его до конца
черными поясками с невероятных
снимков участницы квеста лучшие склепы москвы —
вот удивится, проснувшись, девочка-правда!
 
впрочем, к утру все схлынет из этих мест.

Ну и, конечно, это:

"Любить — видеть человека таким, каким его задумал Бог".

Главное, не спрашивать меня, что такое Бог.

Как мне хочется уметь видеть людей добрыми

что такое это сердце
если не сверчок
золотиться да вертеться
угодить в сачок

невеселые картинки
украшают лес
как тому посерединке
делают надрез

было несговорчиво
станет — проницаемо
разглядишь воочию
повод для мерцания

ничего не кончится
видишь — не кончается
только одиночество
на ветру качается

чуть не забыла
(нашла видео этой девушки, что оставляет в городе такие кораблики)

Часто слышу от дорогих мне людей, что какая-то «своя», «свободная» и «вдохновляющая» жизнь начинается после сорока, когда ты намаялся со своими сомнениями достаточное количество времени и теперь просто радуешься всему, что показывает тебе, кхем, мироздание. Так как я ужасно нетерпелива, мне это «после сорока» видится чем-то глубоко абстрактным и, возможно, не наступящим (напоминаю сама себе: пережить выпускные экзамены тоже казалось невозможным, не потому что они были такими сложными, а потому что не было представления, как будет после них). Конечно, бесконечная рефлексия (которую кто-то наверняка расценит как пережевывание жвачки, руминацию, пр.) не дает мне поводов думать, что уж к сорока-то что-то непременно перестроится и встанет на свое место. (Стоит немного отвлечься от экрана, и я забываю, что хотела ещё написать.) Ну вот ещё то, что главная загвоздка в том, что ты привык доверять (ну или не доверять) вот этому имеющемуся сейчас видению, благодаря нему ты можешь чувствовать как любовь, так и отвержение, как бесконечную радость присутствовать здесь, среди людей и природы, так и дикую тоску по чему-то ещё, куда доступа нет. И все это может быть одновременно правдой! И нет возможности узнать, как дела обстоят вот именно сейчас, в эту секунду, потому что они всегда обстоят ровно так, как почувствовали эти рецепторы или кто там ещё. Все это сводит меня с ума.