Серебристые катышки

Волк ещё этот…

идентичность поэта размылась, так и не сформировавшись

Последние пару лет, когда зовут куда-то читать стихи (это бывает нечасто), искренне надеюсь, что никто не придёт, но кто-то все равно почему-то приходит, господи

“Снежные дни сквозь года”

«Сверху мы видим микрорайон Ясенево…»

Вам назначен один профилактический кусь

Сначала ты в 13 лет взращиваешь свою будущую идентичность на «кому, зачем?» Ирины Дубцовой, пока наматываешь круги на велосипеде по снт, а потом они спрашивают, зачем так драматизировать 👌

Кажется, мы недооцениваем те 3,5 часа в неделю, когда с тобой и с твоими родственниками ничего не происходит 🤡

Если бы сейчас кто-то зашёл в мою квартиру, то увидел бы плюс-минус такую картину, особенно после того, как я нагуглила, что Трайден 1995 года рождения и у нее несколько книг, в то время как я написала десять предложений в заметках и пообещала себе вернуться к их редактуре лет через пять).
И все это очень смешно.
(Каких-нибудь три недели назад я не думала о прозе вообще.)

Давно замечаю, что где-то к четвергу теряю 70% работоспособности и уже доживаю оставшееся время на вяленьком таком автопилоте, но эти выходные не дают пошевелиться совсем (если только дойти до магазина и обратно). Лежать хочется ещё сильнее, только некуда сильнее, каким-то образом ещё читаются и дочитываются книжки для себя (после Каск начала «Снежные дни сквозь года» Дарьи Трайден, перескочив через ничего не обещавшую книжку другой Дарьи), моется и пополняется кошачья миска да и всё. Собственно, так и живем: я лежу, пыль лежит, кошка лежит (иногда терроризирует пакет из «Улыбки радуги», но в большей степени все-таки лежит).

Как невероятна была Рейчел Каск во «Втором месте» (кажется, это первое, что я у нее прочитала), и какими обыденными представляются некоторые недавно вышедшие книги наших писательниц. Хотя искусство аннотации издателями освоено великолепно — я завидую!

Кто-то устал и выгорел, кто-то болеет, кому-то надо поправить здоровье, кто-то несчастен в любви, кто-то сходит с ума и ему нужна поддержка.

Я же не устаю и не болею. Мое здоровье настолько крепкое, что и поправлять нечего. У меня все хорошо: мне не требуется перерыв и отдых, я не нуждаюсь в помощи и поддержке, каждый день со мной все исключительно хорошо. Можно даже не спрашивать: ведь и так ясно, что все хорошо. Меня никогда не оставляли просто так, а если и оставляли, то тоже ничего страшного: на меня это совершенно никак не повлияло. Мне не бывает страшно или одиноко, потому что для этого нужно чего-то бояться или в ком-то нуждаться, а я даже близко не знаю, что это такое. Со мной вообще ничего и никогда не случается: что может случиться с функцией? Меня невозможно обидеть и ещё я равнодушна к критике — поэтому пожалуйста, сколько угодно, никакой реакции. Мне все дается легко. Быть мною — мечта, сказка, невероятное везение.

В такие утра, как сегодня, когда выходишь из дома и попадаешь в пространство ещё ничего не требующей прохлады, кажется, что обязательно напишешь книжку. Ну, допустим, небольшую. И уж явно без сюжета. И, может быть, даже без героев. Просто книжку об этой утренней нетребовательной прохладе. О том, как это утро ещё какое-то время сможет повторяться. И о том, что, вообще-то, наблюдать такие утра — большая удача. Ещё немного — и станет жарко, а пока ещё можно что-то успеть. И пусть она будет интересна людям трем, но прежде всего, интересно будет мне: наблюдать, куда всё это приведёт. А даже если и никуда. Куда там еще я собралась.

самый понятный на данный момент способ медитации:
смотреть, как кошка умывается лапкой.

r u kidding me?