7.05.22
За день до решающего тура выборов президента я писал, что «завтра Южная Осетия или вырвет для себя шанс на перемены, или получит гарантированное повторение ужаса последних пяти лет». Сегодня, спустя два года, считаю, что шанс не был использован.

8.05.22
Алан Гаглоев победил в условиях острейшего политического кризиса. Победа стала результатом протестного голосования. Я приветствовал эту победу, как и 60% избирателей страны. Более того, приближал её как мог, хотя Гаглоев не был моим кандидатом. Мои симпатии были на стороне Давида Санакова (причины) или, на крайний случай, Леонида Тибилова, уже показавшего себя вменяемой компромиссной фигурой (говорил об этом в эфире Заура Фарниева). В тот же день я написал, что «всё [политическое] наследие «бибиловщины» должно быть демонтировано». Этого не случилось.

24.05.22
Гаглоев официально вступил в должность после инаугурации. Прошедшие с выборов две недели были бездарно потрачены. Злые языки говорят, что вместо развития успеха в виде разъединения «поплывших» бибиловцев и формирования будущей правящей команды, победители придались празднованиям. Между тем, любой политолог на пальцах объяснит, что период от победы до инаугурации чуть ли не самый важный и ответственный для будущей властной структуры.

27.05.22
Шок от поражения Бибилова дезорганизовал «Единую Осетию», и она замерла в напряженном ожидании дальнейших действий триумфатора, но ничего не происходило. Но партии было нечего бояться. После победы Гаглоев ушел в анабиоз. Просто пропал с радаров. На 4-й день после инаугурации в этом канале появилось первая критическая публикация о новом лидере РЮО. Пока еще осторожная и вполне доброжелательная. Критиковалась медлительность, так как решения, которые ожидались в первый же день президентства, в итоге были приняты спустя трое суток. Я тогда еще не подозревал, что проблема станет хронической. Где-то полгода (дальше уже не следил) во властных коридорах практически ничего не происходило, самые пустяковые решения принимались месяцами. Все это знают, все это помнят.

2.06.22
«Единая Осетия» в условиях молчания власти и первых признаках нерешительности быстро пришла в себя. Я тогда констатировал: «Бибилов окончательно оправился от поражения и перешел в контрнаступление [...] дальше для Гаглоева ситуация будет только ухудшаться». Там же высказал очевидное: «Гаглоеву надо оперативно подрывать источники финансовой силы оппонентов — разного рода коррупционные схемы. Кремль уже чуть ли не кричит: «Работайте, братья!» Поэтому любые колебания в решении этой проблемы не только ухудшит климат российско-осетинских отношений, но и укрепит позиции бывших».

22.07.22
Сослан Джусоев назначен первым замглавы администрации президента Южной Осетии.

13.09.22
Разгар войны в Карабахе. Я указал на то, что нет никаких подвижек в вопросе обороноспособности ЮО (их нет и сейчас) и опять указал на медлительность новой власти. Было еще несколько эпизодов критики властей ЮО, но они не слишком важные, а некоторые повторяют старые тезисы. Где-то с этого времени я перестал внимательно следить за происходящим в стране, тем более там мало что происходило в принципе. Республика погрузилась в сон.

22.01.23
Цитата: «Короче, вместо принятия кадровых решений и выполнения предвыборных обещаний, начались «старые песни о главном». Всё больше убеждаюсь, что Южная Осетия поменяла в апреле-мае шило на мыло». Добавлю только, что отсылка к м/ф «Дракон» была пророческой — республику сотрясают все те же скандалы на тему табачной контрабанды.

13.03.23
Я сформулировал с тех пор не менявшиеся итоги: «в Южной Осетии сейчас «президент Шрёдингера». Он вроде есть, но одновременно его нет. Вероятно, у страны самый слабый лидер с конца 80-х. Вынужден признать, Бибилов, конечно, был плохим президентом, но он не был отсутствующим президентом, а иногда даже проявлял твердость и лидерские качества. Народ такое чувствует. На фоне этих настроений, шансы Анатолия Ильича выйти «на бис» весьма высоки». Как в воду глядел.

29.06.23
Сослана Джусоева освободили от должности первого замруководителя администрации президента РЮО.