Поговорим о бывших?

У каждого терапевта они есть.

Я не о пациентах. И не о тех, кому перестаёшь отвечать в три часа ночи (это уже в личный анализ).

Речь о наших деструктивных частях. Зависть, жадность, стыд. Желание нравиться другим чуть сильнее, чем считается приличным взрослому с дипломом. В том числе в процессе терапевтической работы.

"Бывшие" - потому что, кажется, в нашей среде бывает модно обращаться с ними как с персонажами из позорной главы биографии, "проработанными в личном анализе".

По такой логике проработанный терапевт - это тот, у кого внутри чисто как в интерьере из Pinterest.

Но когда мы слишком тщательно заблокировали, например, свой нарциссический стыд, то он приходит на сессию в пальто пациента, а мы его не узнаём. Пациент говорит "я ничтожество", и мы уже тянемся интерпретировать, защищаясь от пришедшего за компанию собственного стыда. Иронично, нет?

"Но ведь если не защищаться, то придется признать, что бывшие - это не бывшие?!"

Да. Актеры нашего внутреннего фильма бывают паршивые. Но всё-таки - похожие актеры есть и у пациента. И он приносит их не на церемонию Оскар, а в кабинет.

Иными словами, для терапевта важен опыт трансформации β в α, но не отказ сохранять контакт со своими деструктивными частями. Думаю, Ферро примерно на это указывает, когда пишет об аналитике, использующем себя целиком.

Поле (или контрперенос, если угодно) работает, потому что внутри терапевта есть чему срезонировать. Проигнорируем резонатор, и останется очень образованный, очень супервизированный и очень глухой терапевт, ожидающий, что в этой глухоте родится Девятая симфония Бетховена.
Не родится.

Навеяно чтением вариаций на тему «аналитика-экрана», который в своей крайней форме принимает вид «аналитика-незапятнанного-мирским».