Одна из вещей, которые меня завораживает в работе редактора — устойчивое сотрудничество с отдельными авторами, безотносительно, для каких изданий. Это очень приятный опыт — когда вы начинаете лучше понимать друг друга; и после всех предварительных обсуждений, а затем после твоих правок и предложений материал получается ровно таким, каким ты бы и хотел его увидеть — притом что самому ничего писать не нужно. Для меня, как для человека, который всегда считал своей сильной стороной скорее рациональность и логику мышления, а не какой-то талант или эмпатию, это ровно то, чего хочется. Да и в целом ощущение сотворчества вдохновляет; не говоря о том, что работать так легче, чем с новыми и непонятными людьми.

Но отдельная радость — когда удаётся сопроводить отношения с авторами на длительных промежутках времени; когда замечаешь, как меняется журналист, как открывает для себя новые направления и темы, растёт и развивается. Подобных коллабораций в моей жизни немного, но каждое такое сотрудничество — чистый восторг.

Один из этих примеров — журналистка Катя Красоткина, с которой я познакомился ещё больше 8 лет назад, когда она совсем юной студенткой пришла на стажировку в «Такие дела». Конечно, далеко не весь этот период мы работали вместе, но сейчас у нас снова есть возможность обсуждать разные темы, планировать будущие тексты, в чём-то не соглашаться, а где-то находить компромисс. И это так необычно: знать, что за это время сменилось несколько жизней, а вы всё еще готовы что-то вместе поделать.

Я это, собственно, к тому, что сегодня «Вёрстка» и «Важные истории» выпустили большое — и, на мой взгляд, очень важное исследование — о российских солдатах-срочниках, которые ровно два года назад, сами того не желая, оказались в пекле войны после вторжения ВСУ в Курскую область. Я убеждён, что этот сюжет до сих пор раскрыт в медиа как-то недопустимо слабо. Могу разве только предположить, что для официальных СМИ это неловко, потому что перед нами пример тотального провала госбезопасности; а для условно оппозиционных — потому что, по-моему, без сочувствия к этим солдатам тут никак не обойтись; это не контрактники и не чвкшники, да и даже формально границу чужого государства они не пересекали, хоть умышленно, хоть невольно.

При этом события августа 2024-го года поломали жизни сотен совсем молодых людей, и даже если им удалось с той поры вырваться из вооружённых сил и больше никогда к этому не возвращаться — такая травма никогда не проходит бесследно. В своём тексте Катя Красоткина только мельком затрагивает именно тему устройства срочников-ветеранов в мирной жизни, сосредатачиваясь преимущественно на реконструкции боевых действий и последующего плена. Но, уверен, в будущем об этом тоже нужно будет говорить подробнее.