Пересдача

Благодаря месяцам самоизоляции и дистанционной работе университета, у Шварценгольда появилось время чтобы подготовить новый курс для заочников, написать ещё одну статью, разобрать чистое бельё и прочитать «Краткую историю времени» Хокинга. Время появилось, но ничего из этого он не сделал. Единственные изменения, которые он заметил за эти месяцы – это пара лишних килограммов, которые у него образовались, и совсем не там, где он хотел.

Именно мысли о неумолимо исчезающем времени и занимали Шварценгольда во время пересдачи ещё зимней сессии, которую попросила его принять у задолжника завкафедрой Копытько. Сама пересдача проходила по видеосвязи. Шварценгольд дал билет задолжнику, и тот что-то старательно писал на листке, поглядывая в камеру. Андрей подозревал, что студент просто переписывает с экрана ноутбука, но проверить это никак не мог, поэтому меланхолично ждал окончания подготовки.

Но тут разнообразить процесс сдачи решил кто-то из родственников студента. За его спиной открылась дверь и в проёме показалась голова. Голова, принадлежащая женщине средних лет, с интересом уставилась на сдающего и ноутбук перед ним. Интерес был таким неподдельным, что Шварценгольд прыснул от смеха. Студент замер и напряг вес свой слух, не поворачивая головы.

Любопытство – страшная вещь, поэтому вслед за головой в комнату медленно, на цыпочках, вползло всё тело. Стараясь не шуметь, женщина начала красться к шкафу, стоящему за спиной студента. Она явно думала, что раз её не слышно, то и не видно, хотя камера давала отличный обзор комнаты за спиною сдающего. Шварценгольд замер в предвкушении развязки, которая незамедлительно последовала – дойдя до шкафа, женщина осторожно потянула за дверцу и в этот момент с верха шкафа с диким грохотом упала коробка. Камера выключилась, а Шварценгольд, отключив камеру, скорчился от хохота. Отсмеявшись, он включил камеру и самым серьёзным тоном каким смог сказал:
– Дмитрий, у нас всё-таки экзамен. Включите камеру.
Секунд через 30 камера включилась, и студент извиняющимся тоном сообщил, что были проблемы со связью.

В комнате ничего не изменилось, кроме того, что дверца шкафа была открыта настежь, а из-под неё были видны две ноги в тапочках. И иногда – слева из-за дверцы шкафа – выглядывал очень любопытный глаз. Это оказалось выше сил Шварценгольда, который закрыл лицо руками, и его тело стали сотрясать беззвучные конвульсии. Со стороны было непонятно, плачет ли Шварценгольд, смеётся или у него наступил эпилептический припадок.

– Инесса Васильевна, – Шварценгольд делился результатами сдачи со своим научным руководителем, – я там чуть не умер от смеха. Но, хотя я и сказал, что тройку ему поставлю, это полная ерунда. Он явно всё скатал с экрана. И потом, я ему задаю вопрос, он чуть подумает, посмотрит в экран и читает ответы. Да и вообще, почему человек, который не выполнил ни одной лабораторной работы, может сдавать экзамен? Это чёрте что!
– Андрюша, ты же сам был на встрече с проректором, где он объяснял, что лабораторные больше отрабатывать не нужно.
На этой эпохальной встрече с проректором Шварценгольд действительно был и отлично её помнил.